Эмили натянула очки, и зрение вновь обрело ясность. Из-за тучи в тот же миг показалась луна. Эмили не следила за лунным календарем, но предполагала, что сейчас должно быть новолуние, однако их нежданная ночная гостья предстала во всей красе, сияя круглыми наливными боками. Луна зависла над лесом, указывая путь. На тропе виднелись следы. Здесь явно ступала нога человека.

– Идем? – спросил Эйдан, словно сомневаясь.

– Идем, – кивнула Эмили.

Вскоре к луне присоединились звезды. Они усыпали небосвод, будто кто-то просеял их через решето, и приветливо мигали, взирая сверху на двух путников-следопытов. Сосны, макушками подпирающие небо, в точности как древние атланты, расступались перед ними. Сама дорога вела их неведомо куда. Где-то заухал филин и раздался шорох крыльев. Огромная птица уселась на ветку и уставилась на Эмили мерцающими желтыми глазами. Картина, призванная внушать страх, отчего-то, наоборот, успокоила хоровод мыслей. Эмили с облегчением вдохнула морозную чистоту и сосновый дурман. Сонливость отступила. Даже пальцам стало жарко в перчатках. Вероятно, Эйдан ощущал то же самое, потому что немедленно стянул сперва свои перчатки, а затем и перчатки Эмили, и снова поймал ее ладонь.

– Мне нравится держать вас за руку, – бросил он через плечо.

– И мне, – улыбнулась Эмили.

– Я бы желал никогда не отпускать ее.

– Даже для того, чтобы поесть? – Эмили усмехнулась.

– Для этого есть вторая рука. – Эйдан вдруг остановился и развернулся к ней лицом. Вокруг его глаз собрались морщинки. – Впрочем, и ее я готов предложить вам.

– Вместе с вашим сердцем? – робко уточнила Эмили.

– И никак иначе.

– Я должна напомнить, что мы с вами знакомы всего три дня.

– Мне хватило и пары часов, чтобы понять это, – Эйдан говорил серьезно.

Эмили не успела ответить или хотя бы обдумать ответ, как филин, все это время наблюдавший за ними с ветки, громко ухнул, рассеивая волшебство момента.

– А дворецкий точно не умеет превращаться в птицу? – хохотнул Эйдан. – Я не удивился бы, если бы он следил за нами.

– Вы не верите в призраков, но верите в колдовство?

– Вы ведь сумели околдовать меня, – Эйдан пожал плечами, развернулся и потянул ее дальше в лес. – Я не жду ответа, мисс, и даже не смею надеяться, и все же…

– Я отвечу вам завтра. Хочу, чтобы вы запомнили этот день.

– Мне предвкушать или опасаться? – Эмили не видела его лица, но услышала в голосе горькую усмешку.

– Вы же сами учили меня сперва собирать факты, а потом делать выводы.

Эйдан не нашелся с ответом.

Через секунду лес неожиданно расступился, открывая взору проселочную дорогу и одинокий домик рядом с ней. Окна приветливо светились, и Эмили чуть не лишилась чувств от счастья, когда, подойдя ближе, увидела вывеску: «Эль и печенье». Вне всяких сомнений, это была таверна. Вот только откуда ей взяться на пустыре, у самой границы загадочного леса? Эмили сомневалась, что эта дорога пользовалась популярностью у автомобилей или конных повозок, однако следы вели именно сюда.

На пустыре было тихо и безветренно. Даже туман здесь не был таким непроглядным. Непривычная тишина резала слух. Ни стона, ни шелеста, ни уханья филина. Только мерцающие звезды в небе переговаривались на одном им известном языке без слов.

Дверь таверны оказалась не заперта и отозвалась жалобным скрипом, когда Эйдан толкнул ее. Звякнул колокольчик.