|
Оно окончательно выбрало цель. Сначала - человек, а потом будет вдоволь времени, чтобы разобраться с выдрами. Ниина тоже маячила в опасной близости от острых рогов и копыт, но и ее не удостоил вниманием бульбык. Пока близнецы торопливо шептались, Банкан в отчаянии решал, в какую сторону прыгать. На верхнем ярусе Темные двинулись вперед, их приободрило, что Берсеркер безоговорочно повинуется главарю. Поначалу неохотно, но все смелей и громче их хор гнусавил зловещую молитву. Запели наконец и Сквилл с Нииной: Дайте ему в зубы, Съездите по носу, Скулы своротите, Залепите в глаз. Сами приструните Вашего барбоса, А не то, клянемся, Разозлит он нас! Банкан, неистово играя, крикнул друзьям: - Да вы спятили! Это что, по-вашему, чаропеснь? Сквилл состроил рожу, а Ниина отмахнулась - она мучительно сочиняла новый куплет. - Че ты от нас хочешь, чувак? И так жилы рвем. На полу зашевелились куски стекла и металла. Они отрастили сияющие крылья, взмыли и бесстрашно ринулись на приближающегося бульбыка. Одни отскакивали, не причинив ему вреда, и бились в судорогах на полу, другие превращались в пыль под громадными копытами. В воздух поднялся даже изуродованный стол. Кожистые изумрудные крылья вознесли его к потолку, и оттуда он метко спикировал на голову монстра. Тварь поменьше непременно откинула бы копыта, но Берсеркер лишь присел, а затем ухватил алмазной твердости зубами заколдованный предмет меблировки. Трогательно посучив ножками, стол успокоился навсегда. - Сдавайтесь! - кричал сверху Драу. - Берсеркера вашими простенькими мелодиями не одолеть! Его защищает всеобъемлющая вуаль невежества! Он несведущ в колдовстве, он не понимает чаропения, он не постиг даже азов чудотворства, и, следовательно, против него эти средства бессильны. Это просто гора мускулов с зубами и рогами. Только мой голос способен проникнуть сквозь толстую кость и добраться до сокрытого под нею умишка. Выдры запели другую песню. Над полом заклубилась эфемерная шипучая дымка - очевидно, она стремилась закрыть твари обзор, но бульбык лишь чихал и раздраженно мотал башкой. Банкан носился по комнате с быстротой, которой откровенно завидовала его сообразительность. Да, чаропение не помогало против этого абсолютного оружия Темных, о чем юноша сообщил друзьям. - Должно помочь. - Ниина лихорадочно придумывала свежие стихи. - У Джон-Тома и Маджа всегда получалось, и у нас получится. - Я не Джон-Том. Банкан метнулся вправо. Бульбык тоже прыгал из стороны в сторону, предугадывая его уловки. - Тогда изобрети че-нибудь такое, до чего твой папаня вовек бы не додумался, - воззвал к нему Сквилл. - А не то нам крышка, клянусь слюнями трубкозуба. "Легко сказать, - устало подумал Банкан. - Трудно сделать". От изнеможения подкашивались ноги. Пальцы одеревенели, да и у выдр глотки не луженые. Ничто не брало беспощадного монстра. Одно движение кошмарных челюстей - и юноша превратится в кровавый фарш. В голове забрезжили стихи, и он приободрился. Однажды это уже сработало. |
