«Ты совершенно прав, Гарри!» – раздался вдруг из‑за гробницы третий голос, тихий, почти что шепот, но в нем отчетливо слышались зловещие нотки.

«Оба они несказанно жестоки и никому из них нельзя доверять! Я помогал Драгошани, я был его другом, и это мой палец нажал на спуск и пустил стрелу, пронзившую сердце Тибора и пригвоздившую его здесь, на этом самом месте, едва он успел наполовину выбраться из могилы. Больше того, именно я дал в руки Драгошани клинок, которым он отсек чудовищу голову! А чем он мне отплатил? Знаешь? Ах, Драгошани, как только у тебя язык поворачивается говорить о лжи, предательстве и ненависти, если ты сам...»

«Ты!.. Ты... сам... был... чудовищем! – перебил его Драгошани, не позволив и дальше обвинять себя. – Мое оправдание очень простое: внутри меня было семя вампира – яйцо Тибора! А как же ты сам, Макс? Что тогда говорить о тебе – о человеке столь злобном и порочном, что был способен убивать одним взглядом!»

От этих слов монгол, при жизни обладавший сверхъестественными способностями и владевший секретом дурного глаза, пришел в невообразимую ярость.

«Нет, вы только послушайте этого лжеца! Этого наглого вора! – свистящим шепотом прошипел он. – Он перерезал мне горло, выпил мою кровь, а потом растерзал мое тело и украл все мои секреты! Он завладел моими тайными силами и убивал точно так же, как и я! Ха! Не много же это принесло ему пользы! А теперь мы вместе находимся здесь, на этом темном и мрачном склоне. Да... все трое – Тибор, Драгошани и я. И никто из всего сонма мертвых не желает даже знаться с нами...»

– Послушайте меня, вы, все! – воскликнул Гарри, прежде чем их перепалка возобновилась снова. – Так, значит, с каждым из вас обошлись несправедливо? Возможно, это и так, но никто из вас не испытал несправедливости, подобной той, которую пришлось испытать вашим жертвам. Скольких людей ты убил своим дурным глазом, Макс? Скольким ты разорвал сердце и прервал жизненный путь? А разве все они были плохими? Неужели они заслуживали смерти? Да еще столь ужасной! Нет! Один из них, по крайней мере, был моим другом и таким человеком, о встрече с которым можно только мечтать!

«Ты говоришь о руководителе британского отдела экстрасенсорики? – быстро откликнулся Бату. – Но это Драгошани приказал мне убить его!»

«Таково было наше задание, – встрял в разговор Драгошани. – Не прикидывайся невинной овечкой, монгол. До этого ты убил многих других».

«Он приказал убить еще и Ладислава Гирешци, – сказал Бату. – Своего соотечественника, ни в чем не повинного человека. Все дело было в том, что Ладиславу Гирешци была известна тайна Драгошани, тот факт, что он был вампиром».

«Он был опасен для... для государства! – закричал Драгошани. – Я работал на благо России и...»

– Ты работал только на себя! – перебил его Гарри. – Правда состоит в том, что ты захотел стать хозяином не только своей страны, но и всего мира. Лги сколько угодно, Драгошани, если ты не можешь не лгать, потому что вранье служит отличительной и неотъемлемой чертой вампиров. Но не пытайся обмануть самого себя. Ты ведь помнишь, что я разговаривал с Григорием Боровицем? Он что, тоже умер во благо России? Глава вашего отдела экстрасенсорики?!

«Ну что, получил, Драгошани? – мрачно усмехнулся Тибор. – Тебя поймали на слове».

– Не каркай, Тибор, – резко ответил ему Гарри. – Ты поступал еще ужаснее, чем оба они вместе взятые.

«Я?! Но почему? Я пятьсот лет пролежал здесь, под землей! Какое зло могло причинить несчастное существо, прозябавшее в холодной могиле наедине с червями?»

– А как насчет пятисот лет, прошедших прежде? – спросил Гарри.