– Да‑да, именно «нечто».

* * *

Ответ от русских пришел почти сразу, гораздо быстрее, чем мог предположить Кайл. Он не знал о том, что в самое ближайшее время Леонид Брежнев ожидал ответы на свои вопросы. До назначенного срока у Феликса Краковича оставалось всего четыре месяца.

Оба руководителя отделов экстрасенсорной разведки должны были встретиться на нейтральной территории в первую пятницу сентября. Местом встречи избрали незаметный убогий бар под названием «Franlde's Franchise», затерявшийся в лабиринте узких улочек итальянского города Генуя, меньше чем в двухстах ярдах от берега моря.

Вечером в четверг Кайл и Квинт прибыли в генуэзский аэропорт имени Христофора Колумба, показавшийся им на удивление старым, допотопным. Сопровождавший их агент Интеллидженс Сервис (которого они никогда не видели и надеялись, что не увидят) прилетел туда на двенадцать часов раньше. Они не планировали ничего заранее, но без особого труда сняли номер со смежными комнатами в «Hotel Genovese». Освежившись с дороги и перекусив, они отправились в бар. В баре было тихо и спокойно, слышался лишь приглушенный гул голосов посетителей – полудюжины итальянцев, двух немецких бизнесменов и американского туриста с женой, сидевших либо за маленькими столиками, либо возле стойки бара и потягивавших различные напитки. Один из итальянцев, расположившийся в одиночестве в стороне от других, вовсе не был итальянцем. Он был русским, агентом КГБ, но ни Кайл, ни Квинт знать об этом не могли. Этот человек не обладал даром экстрасенса, иначе Квинт тут же вычислил бы его. Они также не заметили и того, что он фотографирует их при помощи крошечного фотоаппарата. Но появление русского все же не прошло незамеченным. Чуть раньше его видели, когда он снимал номер в гостинице.

Сидя в углу бара, Кайл и Квинт пили уже по третьему стакану «Vecchia Romagnas» и вполголоса обсуждали возможные детали завтрашней встречи с Краковичем. Вдруг зазвонил телефон.

– Это меня! – тут же встрепенулся Кайл, вскакивая с табурета. Одна из особенностей его таланта состояла в том, что он реагировал на все очень быстро, словно на удар электрического тока.

Бармен снял трубку, оглядел посетителей и начал было:

– Синьор...

– Кайл? – полувопросительно произнес Кайл и протянул руку.

Улыбнувшись и кивнув головой, бармен передал ему трубку.

– Кайл слушает.

– Это Браун, – ответил тихий голос. – Мистер Кайл, постарайтесь не показывать своего удивления, не смотрите по сторонам или, во всяком случае, делайте это незаметно. Один из посетителей, находящихся сейчас в баре, – русский. Не буду вам описывать его, поскольку боюсь, что вы невольно выдадите себя и он что‑нибудь заподозрит. Но я связался с Лондоном, и мы проверили его через компьютер. Он несомненно агент КГБ. Его имя Федор Долгих. Это высококвалифицированный сотрудник Андропова. Я подумал, что вам следует о нем знать. Насколько я понимаю, вы не ожидали присутствия кого‑нибудь в этом роде.

– Нет, – ответил Кайл, – совсем не ожидали.

– Так‑так... На вашем месте я держался бы настороже во время завтрашней встречи с теми людьми. Дела обстоят не слишком хорошо. Но чтобы вы были спокойны, скажу вам вот что: если с вами вдруг что‑нибудь произойдет – хотя я надеюсь, что ничего не случится – будьте уверены, что Долгих не уйдет от возмездия.

– Звучит весьма обнадеживающе, – мрачно ответил Кайл и передал трубку обратно бармену.

– Какие‑то проблемы? – приподняв бровь, спросил Квинт.