Грубо и глупо. От АСЗГС Розмари такого не ожидала.

Страшные антиэндисты «Братья Смит» страшными были только для нее. Некоторые их акции, приведенные южанином в пример, украсили бы собой репертуар любого комика из ночного клуба. Четверо горцев с бородищами под стать своим прозвищам нашли хижину в теннессийской глубинке и заняли глухую оборону. Вооруженные до зубов новинками военного «железа», они трубили на весь мир о том, что Энди – сын сатаны, антихрист и что без боя они не сдадутся.

Но ФБР их перехитрило, и теперь братья Смиты – обритые, перевязанные и продезинфицированные – терпели психиатрическое освидетельствование в федеральной больнице.

Собрание оказалось в высшей степени результативным и закончилось, пожалуй, еще до того, как началось. Участников было семеро: Энди, Джуди (с электронным блокнотом), Диана, Крейг, Сэнди, Хэнк и Розмари. Они сидели в офисе Энди, выходящем окнами на южную часть Центрального парка и деловой центр города. Кофейный столик ломился под тяжестью овощей и орехов. Собравшиеся расположились вокруг него на черном кожаном диване и стульях; Хэнк сидел в своем моторизованном кресле.

– Розмари, ты была права! – прошептала Джуди, на ее саривлютиках сиял значок «Я люблю Энди»; – Сегодня ночью воссоединились любящие сердца;

Розмари порадовалась за девушку. И за Энди, лживого прохвоста, – «Мама, меня к ней больше не влечет, и я тут ничего не могу поделать. Хотел бы, да не могу». Она улыбнулась ему и взяла морковку с протянутого ей блюда. Сын улыбнулся в ответ.

Все согласились с тем, что лучшее – враг хорошего и что каждому хочется эффективности и быстрой отдачи. Само собой родилось решение воспользоваться испытанной методикой – той самой, с помощью которой созданы десять лучших рекламных роликов Энди. Иными словами, Энди и Диане предстояло занять два кресла на сцене в амфитеатре этажом ниже и потрепаться часок‑другой о параноиках‑атеистах и их правах, а тем временем Мухаммед и Кевин поработают с портативными кинокамерами. Потом Диана засядет за отснятый материал уже как редактор – резать, резать и снова резать.

Из испытанной методики сделали одно исключение – поболтать с Энди Диана предложила Розмари: судя по всему, тема волновала Рип Ван Рози гораздо больше, чем Диану. Розмари была убеждена, что всех психов‑атеистов необходимо сослать на Северный полюс. Кроме того, в разговоре с нею Энди поведет себя гораздо эмоциональнее.

– Она излучает искренность и чистосердечие, – подчеркнула Диана.

– А ведь правда, Розмари, – подхватил Крейг, – не хочешь ли сняться? Мы ведь ничем не рискуем, кроме завтрашнего утра. Энди, надеюсь, ты не против?

Затем устроили небольшой отдых. Энди откупорил бутылку вина, Уильям и Ванесса принесли другую. Уильям, при трех президентах служивший послом в Финляндии, был настоящий красавчик: светлые волосы, красный галстук, белая рубашка, синий костюм, И большой весельчак, судя по тому, что его ладонь не упускала случая дотронуться до обтянутого мини‑юбкой зада Ванессы.

Пришли Юрико и Полли – Розмари едва успела перекинуться словечком с каждым из них, – а Мухаммед с Кевином притащили кинокамеру. Затем налетел Джей, и вскоре здесь оказалось все ядро «БД», вся разномастная команда – и те, кто оборонял крепость, и те, кто коротал щедрый предновогодний отпуск. Все тринадцать.

Плюс Розмари. Потягивая имбирное пиво и обсуждая с Хэнком и Энди театральный сезон на Бродвее, она увидела Джуди, – та, находясь неподалеку, посмотрела на нее печально, а потом снова радостно; девушка вцепилась в руку Энди и улыбалась ему, а разговаривала с Джеем, взволнованным донельзя, – он ждал в январе града счетов.