Теперь Энди сам отодвинул ее от себя и, держа за плечи на расстоянии вытянутых рук, с тревогой спросил, заглядывая ей в глаза:

– Что случилось? У тебя вид какой‑то не такой…

– Я волнуюсь за тебя, – сказала Розмари. – Боюсь, как бы чего не приключилось с тобой… Он вздохнул и неопределенно мотнул головой.

– От судьбы не уйдешь. Всякое может случиться. С ужасными людьми и вещи приключаются ужасные. За примерами далеко ходить не надо: взять того же Стэнли Шэнда, которого автомобиль размазал по стене…

– Прекрати! – воскликнула Розмари, довольно чувствительно ударив его по руке. – И слышать не хочу такие мерзости!

Энди пожал плечами:

– Сама начала. У тебя какие‑то конкретные опасения или просто так?

– Ничего конкретного. Навалился вдруг страх – сама не знаю отчего… Я была возле Брэма…

Розмари осеклась и бросила быстрый взгляд на сына.

– А‑а, так ты видела, что с ним сделали! Она кивнула.

– Чувствую свою вину за то, что я это допустил, – признался Энди. – Но это не могло тебя напугать. Я вижу, ты чем‑то очень и очень расстроена. Успокойся. – Он погладил ее по плечам.

– Я видела… – начала она и снова осеклась.

– Что? – с терпеливой улыбкой спросил он, продолжая оглаживать ее плечи.

Розмари передернула плечами, вздохнула и солгала:

– Так… одного человека со значком против тебя.

– Наверное, типчик из группы «Истинных Сыновей Свободы». Их никто всерьез не воспринимает. Шутовская организация! Тебе вообще не следует всерьез бояться за меня. При тон охране, что у меня, я не в большей опасности, чем любой средний гражданин нашей страны. Скорее даже в меньшей опасности, чем средний гражданин. Не забывай, что все меня любят.

– Все‑то все… да не все, – сказала Розмари. Затем потупила глаза и прибавила:

– А ну как узнают правду?

– А кто ж им эту правду скажет? – фыркнул Энди. – Ты не проболтаешься. Я не проболтаюсь. Так что и говорить‑то не о чем. Хочешь кофе? У меня тут целый кофейник. Свеженький. Чувствуешь аромат?

Розмари тяжело вздохнула: какой же он все‑таки беспечный… и милый'.

– Ну, давай, наливай.

Он быстро чмокнул ее в лоб и пошел наливать кофе. Она размотала шарф и присела на диванчик, потирая застывшие руки.

– В следующий раз ходи бегать с Джо, – наставительно сказал Энди. – Или со мной. Иди на худой конец с охранником. Поверь мне, если кто‑нибудь тебя узнает, толпа может на радостях запросто смять тебя. Не рискуй такими вещами?

– Ладно, убедил, – отозвалась Розмари. Энди поставил на столик рядом с ней голубую чашку с солнышком на боку и вазочку с фруктозой.

– Я хотел позвонить тебе, да решил, что рано, – сказал он, присаживаясь рядом с матерью. – До разговора с Реке я успел переговорить с Дианой. У нее родилась очередная гра‑а‑андиозная идея – ничего мельче она, похоже, никогда не рожает. Однако этот ее проект, как и все прочие, мне вполне по душе. Я надеялся, что ты не откажешься принять участие. Но если ты занята или не расположена, то я, конечно, настаивать не стану…

– Не ходи вокруг да около. Говори прямо.

– На следующей неделе было бы неплохо поехать на несколько дней в Ирландию. Дублин и Белфаст. Во‑первых, у тебя ирландские корни – это большой плюс. А во‑вторых, я немало поспособствовал некоторому умиротворению ирландских террористов. Словом, хороший прием нам обеспечен. Что до средств массовой информации, то наш визит именно в неспокойную Ирландию привлечет наибольшее внимание прессы.