— Никто не может оспаривать у вас этого права, — сказал он. — Но доктор, который лечит молодую женщину, не скрыл от меня, что ее положение настолько серьезно, что переезд может повредить ей…

У Этьена сердце перестало биться.

— Впрочем, — продолжал чиновник, — дежурный помощник должен сказать вам все по этому поводу.

Затем, повернувшись к своему помощнику, прибавил:

— Отведите господ к дежурному доктору, и затем, господа, я попрошу вас сообщить мне, на что вы решитесь, так как нужно исполнить некоторые формальности.

Когда молодые люди пришли к дежурному доктору, тот встал им навстречу.

— Вы, вероятно, явились за больной?

— Да, за больной, которая лежит в зале Святой Анны, — ответил Рене.

— Я отведу вас к ней и, хотя вы не доктора, вы убедитесь собственными глазами, что ваше желание почти невозможно исполнить.

— Разве ей так худо? — едва слышно прошептал Этьен.

— Самое большее, если она узнает вас. Идемте, господа.

Молодые люди обменялись огорченными взглядами и последовали за своим проводником.

Когда они вошли в зал, у Берты глаза были закрыты, и она, казалось, спала.

Этьен и Рене подошли к ней, едва дыша.

Лицо Берты страшно похудело, и темные круги залегли под глазами.

Этьен, подавив волнение, тихо спросил:

— У нее что-нибудь сломано?

— Нет, но вследствие сильного потрясения произошло внутреннее кровоизлияние. Кроме того, у нее временно парализованы голосовые связки. Бедная девушка не может произнести ни слова.

— Однако она чувствует себя лучше?

— Да, в настоящее время опасность для жизни миновала.

Берта сделала слабое движение, но глаза ее по-прежнему были закрыты.

— Вы позволите мне разбудить ее? — спросил Рене.

— Я не вижу тут ничего неудобного. Вы должны знать, в каком она состоянии.

Рене, наклонившись к Берте, два раза произнес ее имя.

Знакомый голос произвел на девушку неожиданное впечатление: она быстро открыла глаза и, к величайшему удивлению доктора, слегка приподнялась, глядя на посетителей. Ее глаза засверкали, и легкий румянец выступил на щеках.

Казалось, что туман, застилавший ее сознание, вдруг рассеялся.

— Рене… — тихо прошептала она.

— Да, это я, и я не один.

Он взял Берту за руку и заставил ее повернуться в сторону Этьена.

При виде любимого Берта вздрогнула, и обильные слезы потекли по ее щекам.

Она протянула к жениху свои похудевшие руки, прошептала несколько несвязных слов, затем, измученная усталостью, опустила голову на подушку.

— Ничего, — вскричал Этьен, — кризис вызван радостью!

— Это спасение для больной, — сказал доктор, — она узнала вас, господа, и заговорила. Ваше появление сделало чудо.

— Поэтому, — сказал Этьен, — мы еще больше хотим взять ее.

— После того, что я видел, у меня нет никаких серьезных возражений.

— Дорогая моя, — продолжал Этьен, — мы приехали за вами.

Берта едва слышно прошептала:

— Да… Да… Да…

— Но теперь успокойтесь и не старайтесь говорить. Вы должны избегать усталости. — И затем обратился к дежурному: — Будьте так добры, отдайте приказание.

— Сейчас.

Дежурный сделал знак сиделке.

— Принесите платье больной, — сказал он. — И скажите двум сторожам, чтобы они были готовы.

Сиделка поспешно ушла.

— У вас есть экипаж?

— Да.