Берта слабо улыбнулась и протянула Этьену руку, которую он страстно прижал к губам.

— Теперь мое дело закончено, — сказал Пьер. — Я переоденусь и снова усядусь на козлы моего фиакра. До свидания, дети мои.

После его ухода Этьен сел у изголовья Берты.

— Я должен задать вам несколько вопросов, — сказал он, — так как мне необходимо знать все, что вы чувствуете. Только не говорите ни слова, отвечайте знаками, — я сумею понять вас.

Скоро Этьен убедился, что доктора госпиталя Святого Антуана сделали все возможное для излечения больной.

— Отлично! — весело воскликнул он. — Через неделю вы встанете с постели.

Затем он написал рецепт, с которым послал Франсуазу.

Как ни удобно перевозили Берту, тем не менее переезд сильно утомил ее. Она положила голову на подушку, и глаза ее невольно сомкнулись.

— Она теперь уснет, — прошептал Этьен, — я снова приду вечером. Смотрите, Франсуаза, исполняйте в точности мои приказания.

— Будьте спокойны, доктор. Я буду ухаживать за нею, как за родной дочерью.

— Вы идете со мной? — спросил Этьен Рене.

— Да, я отправлюсь в Бельвиль.

— Где мы встретимся сегодня вечером?

— Здесь.

Комиссар Баньоле вернулся только с наступлением ночи, к величайшему неудовольствию Плантада, терпение которого было подвергнуто тяжелому испытанию.

— В чем дело? — спросил комиссар, когда Плантад показал ему карточку инспектора.

— Я прошу вас дополнить донесение, поданное вами в префектуру, относительно пожара на холме патронного завода и его последствий.

— Разве оно неполно?

— Слишком лаконично.

— Я в вашем распоряжении; что вам угодно знать?

— Мне нужны сведения о молодой женщине, найденной в каменоломне.

— Мне кажется, я сказал все, что можно было сказать.

— Не совсем.

— Что же я могу еще прибавить?

— Во-первых, имя этой особы.

— Я, конечно, написал бы его, если бы знал, но, увы!…

— Было ли падение случайным?

— Не знаю. Молодая женщина одна могла бы сказать это.

— Мне кажется, что следовало бы начать следствие.

— Оно не привело бы ни к чему.

— Почему?

— Никто ничего не видел.

Плантад слегка пожал плечами. У комиссара, по его мнению, были странные представления о своих обязанностях, но он не хотел унижать его.

— Вы отправили женщину в госпиталь? — продолжал он.

— Да, этого требовало ее состояние, это указано в донесении.

— Но вы забыли сообщить одну важную вещь…

— Что такое?

— Название госпиталя, в который отправили больную.

— Неужели я в самом деле забыл это?

— Да, и доказательством служит то, что я пришел сюда узнать это.

— Удивительно! Я, вероятно, был рассеян, ее отнесли в госпиталь Святого Антуана.

Плантад вынул записную книжку и в графе «Пятое» написал:

«Девушка, найденная в каменоломне в Баньоле на другой день после пожара, была отправлена в госпиталь Святого Антуана».

— Это все, что вы желали знать, господин инспектор? — спросил комиссар.

— Почти. Мне остается задать вам только один вопрос. Не было ли в карманах у молодой особы какой-нибудь бумаги, которая могла бы помочь установить ее личность или послужить исходной точкой для начала следствия?

— У нее были в кармане ключ и портмоне с тридцатью франками, которые я отправил в госпиталь.