– Заказать шерри?

– Лучше коньяку.

«Да, все действительно серьезно», – подумал он и махнул рукой гарсону.

Ида выпила принесенный коньяк залпом.

– Сюда приехал мой муж, – сообщила она, закусывая кусочком лимона.

– Какой еще муж? Твой кузен, с которым ты когда-то заключила фиктивный брак? И который остался в России?

– Да, Вольдемар Горовиц. Он поселился в моем доме.

Доминик вытаращил глаза.

– Ты впустила его к себе?

– Сама не поняла, как это могло случиться.

– И давно он приехал?

– В стране больше двух недель, по крайней мере, так он сказал. Ко мне заявился четыре дня назад.

– И что ему нужно? Денег?

– Про деньги он не заикался.

– Пока не заикался?

– Я думаю, дело вообще не в деньгах. Он приехал с внучкой.

– И что?

– Мне кажется, что в этом все и дело. Он собирался лечиться, но два дня назад исчез.

– Исчез? Так и отлично. Что же тебя тревожит?

– Мари. Русская девочка, которую он привез с собой.

– Ничего не понимаю, – честно признался Доминик и подумал, что не мешало бы и ему выпить чего-нибудь.

Он приказал принести шампанского и еще коньяка для дамы.

– Все было странным с самого начала. Его появление, девочка, которую он называл внучкой, а относился как к чужой. И вообще у меня с первых минут возникло ощущение присутствия на какой-то дурной пьесе! Поначалу я решила, что он просто глуп, но нет, он не глупец. Напротив, чрезвычайно умен и дьявольски хитер. Замысел Вольдемара стал ясен, когда он наконец избавил от своего общества и ко мне вернулась способность рассуждать здраво. Все так и было задумано с самого начала. Он должен был вызвать во мне раздражение, чтобы я обрадовалась его исчезновению. Вел себя развязно, всячески докучал и наконец добился своего: я собиралась скормить его Гарольду.

Доминик прыснул в ладошку.

– Но зачем? Не понимаю.

– Зато я прекрасно поняла! Горовиц все продумал! Ему нужно было сбыть девочку с рук!

Доминик всплеснул руками:

– Боже! Что ты говоришь! Родную внучку?

– В том-то и дело, что она ему вовсе не внучка.

– А кто же она? – опешил Жирар.

– Не знаю, но уверена: Мари – не его ребенок.

Гарсон принес шампанское и клубнику. Доминик выпил и сунул в рот ягоду. Фу, черт, кислятина! А еще фешенебельный ресторан!

– Хорошо, пусть так, – медленно произнес он, прожевав. – Но это ничего не объясняет. Твой кузен мог сдать девочку в приют. Зачем тащить к тебе домой?

– Над этим я размышляла долго, но в конце концов разгадала и эту загадку. Ему нужно было спрятать Мари, чтобы никто не мог найти. В приюте ее рано или поздно обнаружат, а у меня – никто и никогда.

– Спрятать? Девочке что-то угрожает?

– Да. И эта угроза – Вольдемар Горовиц! Он украл ребенка в России и вывез во Францию.

Некоторое время Жирар потрясенно молчал, а потом выдавил:

– Это звучит фантастично. Похитить девочку и пойти на страшный риск, чтобы вывезти ее из советской России? Да ради чего можно провернуть такое?

– Или ради безумной любви. Или ради безумной ненависти.

В ее голосе Доминик услышал нотки театральщины и сразу преисполнился скепсиса.

Скорей всего, она сама придумала драматичный сюжет, а теперь хочет выдать за правду. Ну где такое видано? Нет, он слыхал и не раз истории о родителях, которые не могут поделить ребенка, и в результате один из них похищает дитя. Но чтобы… А, впрочем, все русские сумасшедшие, и Ида одна из них!

Он искоса взглянул на подругу.

Ну а если допустить, что она не ошибается? Какими неприятностями это может грозить? Наверняка ребенка разыскивают, и если обнаружат, что именно она укрывает его, у Иды могут быть проблемы с законом и довольно серьезные.