Дама отошла к громадному, составленному из двух письменных, столу, который стоял посередине мастерской, быстро набросала карандашом очертания двух фигур, видимых со спины и сбоку. Отдельно рядом с длинным она нарисовала его лицо со слегка искривленным носом.

    «Это уже кое-что, - обрадовался Дмитрий, - все лучше, чем фоторобот. И нос наверняка сломан в драке».

    -  Может быть, пригодится, - сказал она Дмитрию.

    -  Еще как! - подтвердил он абсолютно искренне, убирая листок в папку. - Одно из самых важных свидетельств. И простите меня, - он спросил уже в дверях, - мужчина, изображенный рядом с Алексеем Пахомовичем - он кто?

    -  Так это же Николай Николаевич! - удивилась вопросу хозяйка. - Тот самый мальчик, только через тридцать лет. Разве я вам не рассказала про него?

    -  Не успели, но мы это проходили в школе…

    Спускаясь по лестнице, он подумал, что правильно поступил, не сказав о страшном грузе, который преступники перевозили в их «шестерке». Следствие это бы не продвинуло, а супругов могло и доконать.

    ВСТРЕЧИ В БОЛЬНИЧНОЙ ПАЛАТЕ

    Это прежде, чтобы написать мало-мальскую статью об умершем, журналисту приходилось неделями, а то и месяцами собирать материал, пользоваться недостоверными свидетельствами врагов, которые выдавали себя за друзей усопшего. С пришествием в мир Интернета все упростилось. До замужества Агния смотрела на компьютеры со стихийным ужасом. У нее с детства были плохие отношения со всеми предметами, относящимися к миру механики и железа. И до компьютера она осмелилась впервые дотронуться, лишь переселившись в квартиру Глеба. На обучение у них ушел выходной день, она, по словам мужа, оказалась на редкость способной ученицей.

    Теперь же Агния не представляла жизни без Интернета и справочно-поисковых программ вроде Рамблера и Яндекса. Оказалось, это просто: набираешь нужную фамилию - и через несколько минут перед тобой многочисленные сведения о носителе этой фамилии, его открытиях, публикациях, докладах и экзотических поступках. А ты уж сама выбирай, что отбросить, а что перекачать в личную папку.

    За несколько ночных часов - ночью Интернет дешевле - Агния изучила то, что писала об Антоне Шолохове русскоязычная пресса. Публикаций было много, но все они, как Агния быстро сообразила, пользовались переводом большой статьи французского искусствоведа Жан-Поля Трюдо. Некоторые, не смущаясь возможным наказанием за плагиат, нахально передирали без всяких ссылок его статью, при этом сокращая на свой манер и перевирая факты. Антон Шолохов рассказывал французскому искусствоведу о своем петербургском периоде, называл имена друзей и учеников.

    Агния выписала эти имена в новый большой красивый блокнот. Она уже давно поняла, что такие блокноты - своего рода визитные карточки журналиста, и, делая свои многочисленные интервью, никогда не забывала о представительском блокноте.

    Одним из первых в ее списке был известный художник, о котором Антон Шолохов отзывался с благодарностью. Узнать адрес любого человека, прописанного в Петербурге, тоже стало несложным в эпоху всеобщей компьютеризации. И Агния, не теряя времени, отправилась по нужному адресу к художнику, которого она думала описать в книге как учителя жизни и живописи.

    -  Нет, милая моя, Алексея Пахомовича сейчас дома нет, а где он - я сказать не могу. - Пожилая хозяйка осмотрела ее весьма критическим взглядом. Судя по этому взгляду, Агния показалась ей девицей подозрительно молодой и легкомысленной. А потому чрезвычайно опасной.

    Таких оберегательниц семейных гнезд Агния хорошо знала и нисколько не осуждала их.