Таких оберегательниц семейных гнезд Агния хорошо знала и нисколько не осуждала их. А ну как поманит заслуженного мужа какая-нибудь юная чаровница в мини-юбке и оставит подводить в печальном одиночестве итоги нескольких десятилетий супружеской жизни. Да еще и квартиру отнимет вместе с долларовой заначкой. Правда, Агния не так уж часто попадала в разряд юных чаровниц. Впрочем, если и попадала, то, как это ни забавно, не оскорблялась.

    -  Но он хотя бы в городе? Я уже несколько раз оставляла сообщения на автоответчике.

    -  Я их слышала, - барственно проговорила хозяйка.

    -  Это очень важно, я пишу книгу о его ученике, об Антоне Шолохове. Это такой художник…

    -  Милая моя, Антошу Шолохова я кормила супом в этой квартире тогда, когда вас еще не было на свете…

    -  Может быть, тогда вы расскажете… какие-нибудь детали.

    -  О том, как он ел суп? - В голосе хозяйки Агния почувствовала едчайшую иронию.

    -  Ну он же не только ел суп, он же что-нибудь говорил, делал, показывал рисунки.

    -  Вы уже начали писать свою работу? - заинтересовалась вдруг хозяйка.

    -  Приступаю, собираю материал… Так, может быть, расскажете?

    -  Не беритесь вы за эту книгу, вот что я вам посоветую… - В голосе пожилой собеседницы Агния почувствовала грусть и усталость. - А про Антошу Шолохова ничего хорошего я вам рассказать не смогу. Хотя, как говорят, победителей ведь не судят? Вот и не буду судить. Но и говорить не стану. Подумайте над моими словами…

    Агния хотела все же поспрашивать, но на лице хозяйки она прочитала вежливое нетерпение немедленно закрыть за незваной гостьей дверь.

    И в тот момент, когда она уже подалась к двери, взгляд ее наткнулся на визитную карточку собственного брата. Эта карточка лежала в прихожей под большим зеркалом на старинной тумбочке. Уж если тут побывал Дмитрий, то он-то, несомненно, знает все координаты шолоховского учителя.

    -  Что ж, очень жаль, что не застала Алексея Пахомовича дома, но я буду звонить еще. На всякий случай - вот моя визитка.

    И для полноты абсурда она положила рядом с карточкой, которая принадлежала Дмитрию Алексеевичу Самарину, свою - Агнии Алексеевны Самариной. Пусть хозяйка помучается над этим странным совпадением фамилий и особенно отчеств. Быть может, любопытство заставит ее ослабить оборону супружеского гнезда.

    На стене дома рядом с уличной дверью висел телефон-автомат. Карточка у Агнии была всегда при себе. А служебный телефон брата она помнила наизусть.

    -  Самарин слушает! - Голос брата звучал, как всегда, отчужденно. Возможно, так им полагалось отвечать по какому-нибудь уставу правоохранительной службы.

    -  Димка, привет! Ты извини, что я тебя отрываю…

    -  Мы вроде бы вчера виделись…

    Ответ младшего брата нельзя было назвать чересчур любезным, но Агния к такому привыкла, если звонила ему на службу

    -  Я всего на минуту. Ты не знаешь… где можно найти такого художника, Федорова Алексея Пахомовича?

    Похоже, ей наконец удалось изумить брата. По крайней мере, его пауза была красноречивой.

    -  Откуда у тебя на него информация?

    -  Нет у меня никакой информации. Я была у него дома и увидела твою визитку. Димка, будь человеком, скажи, слышишь! Он же учитель Шолохова, он мне для книги нужен, а супружница - такая грымза, стоит как стена…

    -  А-а, понял.