— Погоди, — воскликнула Холли. — Давай лучше заглянем на мельницу, к профессору Ротвеллу. Все-таки до него ближе. Вдруг у него есть телефон?

— Не знаю, — пожала плечами Белинда.

— Идите скорей и найдите телефон, — приказала Трейси. — А я постараюсь помочь ей, как умею. — Она перевернула лежащую без сознания женщину набок и придала ей позу, какую предписывали правила первой помощи. Потом приблизила ухо к губам Анны Ферфакс. — Дышит ровно, — с облегчением заметила Трейси. — Да уберетесь вы или нет?

Холли вскочила на велосипед.

— Оставь, — крикнула ей Белинда. — Тут недалеко. — Бросив прощальный взгляд на белое как мел лицо Анны Ферфакс, она стремглав побежала по усыпанному гравием склону. Над узкой тропинкой сплелись шатром густые ветви деревьев.

Холли замешкалась на мгновение, потом последовала за подругой.

— Вызовите заодно полицию, — крикнула им вслед Трейси.

— Ладно, — отозвалась Холли.

Вскоре она поравнялась с Белиндой. Тропинка змеилась по крутому склону; через считанные минуты деревья расступились, и девочки выскочили на поляну. Перед ними возвышалась мрачная громада Черной мельницы. Изъеденные временем, осыпающиеся стены тонули в буйной траве и кустарнике, покатая крыша позеленела от мха, темные окна безжизненно смотрели по сторонам.

Девочки подбежали к парадной двери. Звонка не было. Холли приподняла тяжелый железный молоток и с силой ударила в дверь. Массивные створки протяжно загудели. Дверной молоток был сделан в виде злобной физиономии какого-то божка с выпученными глазами и разинутым ртом, из которого торчал длинный язык.

— Напрасно мы это затеяли, — сокрушенно покачала головой Белинда, прислушиваясь к гулкому стуку дверного молотка, эхом прокатившемуся по старинному зданию. — Неужели у такого отшельника, как он, может быть телефон?

— Попробуем еще раз, — не сдавалась Холли. — Она трижды опустила молоток на железную створку и прислушалась, но изнутри в ответ не донеслось ни звука. — Давай поищем черный ход, — предложила Холли и пустилась бежать вдоль мельничной стены.

— Холли! — крикнула вслед Белинда. — Не надо! Поищем телефон где-нибудь в другом месте.

Но Холли уже завернула за угол и пробиралась через высокую спутанную траву. Впереди тянулась полуразрушенная стена. В ней виднелся дверной проем, но сама дверь потонула в густой траве и зарослях ежевики.

Вдруг в лицо девочке пахнуло сыростью. Перед ней, журча и перекатываясь, бурлили глубокие мутные воды реки Скелтер. Быстрые коричневые струи, гремя и пенясь, вихрились водоворотами вокруг неподвижных, зеленых от лишайника лопаток громадного мельничного колеса. В давние времена стремительный поток вращал деревянные лопасти, приводя в движение сложную систему зубчатых колес, крутивших жернова. Но Холли казалось, что замшелое колесо давным-давно вросло в землю.

Чуть ниже по течению берега реки соединял ржавый железный мостик, хлипкий, узенький и чрезвычайно ненадежный на вид. Казалось, с минуты на минуту он свалится с прогнивших опор и будет смыт стремительным мутным потоком.

— Холли! — Белинда следом за подругой завернула за угол мельницы. Ее джинсы облепил колючий репейник.

— Смотри! — воскликнула Холли.

В задней стене мельницы виднелась крошечная открытая дверь. К ней вела узкая тропинка, тянувшаяся вдоль воды.

Холли подбежала к двери.

— Профессор Ротвелл! — окликнула она. — Эй! Есть тут кто-нибудь?

Пальцы подруги ухватили ее за локоть.