Мрачное настроение вчерашнего вечера рассеялось, как ночные облака. Холли до сих пор сожалела, что Крис попал в беду, но ничего поделать не могла. К тому же, как резонно заметила Белинда, каковы бы ни были его мотивы, статуэтку-то он все-таки украл. А такое не должно сходить с рук.

Но все-таки какая-то маленькая частица этой тайны еще оставалась неразгаданной. Она сидела где-то в самой глубине мозга, не давала покоя, свербела, как зудящий волдырь, который не можешь почесать.

Утреннюю тишину разорвал телефонный звонок. Холли вскочила с кровати и подняла трубку.

Звонил Курт.

— Слышала? — выпалил он, едва переводя дыхание. — Полиция арестовала Анну Ферфакс. Отцу только что сообщили.

У Курта имелось по крайней мере одно достоинство: его отец был редактором городской газеты, и шустрый мальчишка первым узнавал обо всем, что происходит в Виллоу-Дейле.

— Говорят, она призналась в том, что выкрала золотую статуэтку из музея, — продолжал Курт. — Ну, ту самую, которую она якобы нашла. И призналась, что сама организовала ограбление фургона. Но все-таки настаивает, будто бы кто-то ударил ее сзади по голове и похитил статуэтку. Ну и дела, правда?

— Я почти все это знаю, — устало ответила Холли. — Ведь это мы навели полицию на ее след. — Она рассказала Курту о том, как члены Детективного клуба посетили полицейский участок. — Но я не ожидала, что она признается в похищении статуэтки из музея. Мы думали, что в этом виновата не она, а Крис. Ты не знаешь, о Крисе вообще было что-нибудь сказано?

— А как же, — ответил Курт. — Конечно, было. Еще как. Профессор Ферфакс говорит, что он тут совершенно ни при чем, и что он даже ничего не знал.

— Хоть одна приятная новость, — произнесла Холли. — Мне всегда хотелось надеяться, что он не замешан.

— Ну и противные же вы все, — со смехом заявил Курт. — Почему мне ничего не рассказали? Такая сенсация — а я не знаю!

— Мы не были уверены, — ответила Холли, — до тех пор, пока профессор Ротвелл не разбил поддельную статуэтку. Но мы считали, что настоящую статуэтку похитил Джон Мэллори. Мы видели, как он на всех парах мчался оттуда.

— Да, — сказал Курт. — Я и об этом слышал. Полиция, очевидно, схватила его через считанные минуты после нападения на Анну Ферфакс. Он даже не успел выйти из машины. Статуэтки при нем не было, поэтому его пришлось отпустить. Решили, что у него не было времени ее спрятать.

— Ага, поняла, — откликнулась Холли. — Вот, оказывается, в чем дело.

— Но есть и еще новости, — добавил Курт. — У всех полицейских, которые трогали пакеты в машине Анны Ферфакс, на руках выступила какая-то жуткая сыпь. Никто не понимает, что стряслось.

Холли невольно раскрыла рот.

— Чесоточный порошок! — воскликнула она. — Значит, я не сумела как следует стряхнуть его.

— Что? Какой порошок? — не понял Курт.

— Чесоточный, — пояснила Холли. — Долгая история. Словом, я просыпала чесоточный порошок на пакеты, и… — Вдруг она замолчала, глаза широко распахнулись.