|
Здесь было мертвое пространство и для подслушивающей аппара-туры. Казалось, все тут, тесно прижавшись, что-то шепчут друг другу на ухо. Среди них можно было увидеть группки, в которых мужчина и женщина вели секретные разговоры, но больше всего было пар, тайно перешептывающихся о каких-то сделках. Когда к ним приближалась пробиравшаяся между столиками секретарша, возникало смятение. Некоторые с деланным безразличием покидали свои места. Соглядатаев никто не любит. В тесноте, так что колени их соприкасались, они пристроились к краешку стола, за которым обедало уже четыре человека. Не сиди они оба так близко, им бы друг друга не услыхать. Офици-антке, подошедшей взять заказ, секретарша пальцем начертила на столе букву А и сделала жест, как бы наливая в стакан пиво. Пять видов комплексных обедов обозначались буквами в алфавит-ном порядке от А до Д; сегодня в обед А входила тушеная свинина с овощами по-китайски и ку-курузный суп. Тут как раз ревом чудовища-робота закончилась детская передача и началась ре-клама электронных противомоскитных устройств; лица всех сидевших у телевизора окрасились в янтарно-желтый цвет. – Меня изнасиловали, – прошептала секретарша на ухо мужчине и, глядя ему в глаза, стала постукивать указательным пальцем по белому пластику стола. Мужчина понимал: он должен ей ответить, но что? Чего от него ждут? Хочет ли она обличить главного охранника, выражает еди-нодушие товарищу по несчастью или просто ищет сочувствия? Он решил ответить уклончиво, прекрасно понимая, что бьет мимо цели: – Когда? Секретарша втянула голову в плечи и вся передернулась. Словно ей вдруг дунули в ухо. И теперь, не уступая мужчине, задала столь же каверзный вопрос: – Я слышала, вашу супругу похитила «скорая помощь», это правда? – Не будь это правдой, зачем бы я, забросив службу, околачивался здесь? – Кто знает. – Не верите? Какими бы обыденными ни были реплики, когда их шепчут на ухо, они обретают какой-то особый смысл. – Частный детектив на вашем месте избрал бы, думаю, другой метод расследования. – Я ли не делал все, что проделал бы частный детектив. И слежкой занимался, и подслуши-ванием… – Сколько лет вы женаты? – Пятый год. – Прежде всего надо было расследовать, как вела себя ваша супруга до похищения. Ее зна-комства до замужества, круг теперешних друзей. Адреса в записной книжке, записи на календаре, сильнее других захватанные страницы телефонной книги – в общем, всегда найдется неожиданная зацепка, которая облегчит поиски. Очень полезен и опрос соседей. По каким дням она обычно оставалась дома; если уходила, то на какое время; что в таких случаях надевала, пользовалась ли косметикой… – Вы, разумеется, ничего этого знать не можете. Странно, если я сам буду об этом говорить, но в общем я… – Да вы прекрасный человек. – Ошибаетесь, я имел в виду другое… Принесли пиво. Она прижалась к мужчине упругими, как резиновые мячики, коленями, то и дело приглашая выпить, и ему не оставалось ничего иного, как пить стакан за стаканом. Он стал осматриваться вокруг. И тогда устремленные на него бесчисленные взгляды неохотно разлетелись в разные стороны, как вспугнутые мухи. Выпитое пиво, казалось, испарилось, не достигнув желудка. – Что за человек ваша супруга? В прикосновении ее колен чувствовался явный вызов. Не обратить на него внимания значило обидеть женщину, а портить ей сейчас настроение было бы неразумно. Но если пойти ей навстречу, положение его как человека, разыскивающего жену, станет двусмысленным. Мужчина был в затруднении. – Дома есть ее фотографии… Еще в студенческие годы она дошла до районного конкурса «мисс Токио», есть большое цветное фото ее в купальном костюме, снятое профессионалом. – Понимаю, она гордится своим телом и, значит, из тех людей, что любят производить впе-чатление, верно? – Ничего подобного. |
