– Вот увидишь сама. Скоро у тебя будет возможность проверить мои слова.

К тому времени, когда они добрались до места, где был ливень, он уже кончился, и фургоны ехали мимо напоенных влагой кустарников. Мара указала на них рукой.

– Похоже на горячую смолу – так она пахла, когда ее варили дома, в Англии! – воскликнула она.

– Креозотовые кустарники, – пояснил Сэм. – Из них получают смолу.

Когда они остановились перекусить, Мара побежала к фургону Тэйтов.

– Разве здесь не чудесно? – закричала она в возбуждении.

Дрю Тэйт был крепкого сложения мужчиной с мускулистыми руками и могучей шеей. Лицо его с курносым носом и подбородком, будто вырезанным из гранита, не отличалось красотой, но было приятным. От него Мара унаследовала только серо-голубые глаза. К счастью, во всем остальном она пошла в мать, высокую полногрудую женщину с прелестным лицом и темными волосами, собранными в пучок на затылке. А четверо братьев Мары походили на отца и были такие же суровые и мрачные. Впрочем, старший, Эмлин, походил на отца, пожалуй, лишь характером.

Дрю рассмеялся и прижал дочь к груди.

– Ты станешь настоящей пустынной лисичкой, моя милая. Хотя, судя по всему, сельская жизнь тебе по душе. Ты загорела и стала бронзовой, как индеец, а на твоих костях наросло немного мяса.

– А ты знаешь, Мара, какой сегодня день? – спросила ее мать, отвлекаясь на минуту от стряпни. Сыновья только что развели костер, над которым она установила котелок с каким-то варевом.

Мара подбежала к матери и порывисто обняла ее за талию.

– Конечно. Сегодня мой день рождения. Сэм говорит, что вечером у нас будет праздник с танцами в мою честь. Мама, а как же именинный пирог?

Глаза матери сверкнули лукавством.

– Ты же знаешь, что в этом Богом забытом месте у нас нет печки, чтобы его испечь. – Заметив огорчение на лице дочери, мать поспешно добавила: – Я согласна, что это чудесная страна, но пока еще не очень цивилизованная.

Мара глубоко вздохнула и осмотрелась:

– Мне здесь нравится. Такой простор – не то что в нашем крохотном Уэльсе. И тут столько солнца! Это огромная и прекрасная страна. Сэм говорит, что Аризона – самая большая из всех земель. Она такая огромная, что человек чувствует себя здесь муравьем.

Эмлин, старший из детей, подошел и дернул сестру за косу.

– Она не покажется тебе такой уж чудесной, когда на нас нападут индейцы.

– Эм, прекрати! – прикрикнула на сына мать. – Напугаешь ее до смерти!

– Я не испугалась, – заявила Мара. – Сэм рассказывал мне о набегах апачей. Они самые свирепые из всех индейцев, что живут на этих землях. Даже само их имя переводится как «враги». Во время войны они никогда не берут пленных. Убивают их и уродуют трупы – отрезают носы, уши, пальцы рук и ног. А если и берут пленных, то все равно убивают – раздевают их донага и оставляют на песке, в пустыне, чтобы они зажарились до смерти под солнцем, и несчастные стоят там с широко раскрытыми глазами, потому что апачи отрезают у них веки!

Гвен Тэйт побелела и судорожным движением схватилась за горло.

– Прекрати эту глупую болтовню, юная леди, а то придется тебе сидеть в фургоне до конца дня.

После скромной трапезы, состоявшей из вяленой говядины, отваренной в котелке, и сушеного картофеля, приготовленного таким же способом, они пили чай с морскими сухарями. Затем вымыли посуду, затоптали костер и снова двинулись на юг.

Богатые залежи руд в Аризоне протянулись по диагонали с северо-запада на юго-восток. Целью их путешествия были территории Ногалеса, Тумстона и Бисби.

На закате путники устроили привал на возвышенности к востоку от Долины памятников.