Это всего далеко. Кошка мать мурлыкала, что далеко это неопасно.

Котенок вновь прокрался к блестящей вещичке. Застыл совсем рядом, принюхался. Не пахнет. Совсем. Потрогал лапкой. Шевелится. Толкнул, легонечко. Катится! Котенок зашипел грозно, прыгнул, и бросился догонять сверкающую вещичку. И еще толкнуть, догнать, толкнуть, еще!

***

Ведь день она не могла успокоиться. Душили дурные предчувствия, а встретиться с Рэми хотелось даже сильнее, чем обычно. Она не спала почти всю ночь… стоило ей забыться коротким сном, как начинали мучить кошмары. Она видела то Рэми, мертвого, бледного, то зовущего брата Армана, то опасную синеву грани…

Не выдержав, она даже попробовала пойти в покои жениха, но Рэми там не было, а его "тень" вежливо заметил:

– Мой архан на дежурстве. А вам я хотел бы напомнить о запрете принца.

"Почему Миранис запретил встречаться с Рэми? По какому праву?" – чуть не заплакала Аланна. До этого она терпеливо ждала, ведь помолка закончится, уже совсем скоро, и тогда она станет женой Рэми, а Миранис ничего не сможет запретить… совсем немного…

Но в замке ходили дивные слухи, Рэми перестал отвечать на письма, а теперь еще и этот сон.

– Что то передать? – голос хариба убивал сочувствием.

Аланна ненавидела, когда ей сочувствовали. Боги, привычная с детства "держать лицо", она опозорилась перед харибом жениха из за какого то сна? Предчувствий? Узнают при дворе, стыда не оберешься.

– Когда он вернется, скажешь об этом моей харибе, – сказала Аланна, ловя удивление в глазах "тени архана". И только потому не добавила: "…и что с ним все в порядке".

– Как прикажете, моя архана, – поклонился хариб. Аланна чуть ли не выбежала из покоев Рэми и понеслась по запутанным коридорам замка. Лишь когда зашуршал под ногами мягкий ковер, приглушая шаги, она со страхом поняла, что забрела в личные апартаменты принца.

И как только дошла сюда, минуя стражу? Хотя да, стража в последнее время ее не трогает. Может, как невесту телохранителя принца, или как невесту любимого брата главы северного рода, Аланна не знала, да, по сути, ей было все равно. Как и «не замечала» она назойливой охраны, что наблюдала за каждым ее шагом вне замка. Если Рэми и Арману так спокойнее, пусть будет эта охрана.

Дверь в кабинет принца была, как ни странно, приоткрыта. И как же потянуло шагнуть к этой открытой двери, заглянуть внутрь, хотя бы на миг увидеть Рэми… убедиться, что он живой, рядом с принцем, и наконец, успокоиться. Глупо и смешно. Совсем недостойно арханы, тем более, недостойно невесты высшего мага. И Аланна чуть было не прошла мимо, как услышала доносившийся из коридора странный шум.

Что то покатилось по полу, что то серебристое полетело к лестнице, потом показалось пушистое тельце, и Аланна поймала полосатого шалунишку за шкирку, прошептав:

– Боги, в покоях принца!

Котенок извивался, сопротивляюще верещал, вырываясь. Но Аланна уже проносилась по коридорам, поглаживая бархатную ушки котенка. Отворялись перед ней двери, сгибались в низких поклонах дозорные, мягко покачивались тронутые сквозняком портьеры, и Аланна не уставала ругать себя за глупость. Рэми жив и здоров, какая беда может настигнуть его в замке? Дух замка не допустит, магия, охраняющая повелителя и его семью, телохранителей – не допустит. А дурное предчувствие в груди… дурь, и ничего более.

Котенок постепенно успокоился, замурлыкал, его мордочка потерлась о ладони Аланны, потыкалась в подушечки пальцев в поисках молока, и, не получив желаемого, звереныш просительно мяукнул.

– Вот ты где! – девочка в коротеньком платьице вынырнула из бокового коридора так неожиданно, что Аланна чуть было не выпустила из рук несчастного котенка.