Но Арман не первый раз видел принца. Знал, как с ним разговаривать. Знал, как усмирить его гнев, и ответил спокойно, тихо, все так же сводя ошеломленного взгляда с бледного лица брата:

– Ты первым об этом забыл.

– Арман!

        Больше книг на сайте –                     Knigoed.net              

Еще днем раньше Арман бы уступил принцу. Склонился бы перед ним, ведь его друг был еще и наследником трона, кем то, кому он обязан подчиняться. Еще день назад, но не сегодня… Сегодня он мог только сесть рядом с братом, взять его за руку, и спросить:

– Мой принц, сколько еще должен Рэми страдать из за твоего каприза? Когда ты будешь удовлетворен? Он не нужен тебе. Он раздражает тебя. И даже чужой магией не объяснишь то, что тут произошло, потому что… ее семена ворвались в трещину в твоем сердце, Миранис. Ты слишком слаб, чтобы его защитить.

– Я не должен его защищать! – вскричал Миранис. – Как ты не понимаешь! Это он мой телохранитель, а не я его! Он должен мне служить, не я ему!

– Ты так до сих пор и не понял, – грустно улыбнулся Арман. – Он ничего не должен тебе, мой принц. Он сам захотел тебе служить. Сам. Он сам принял в себя душу Аши. Он сам решил встать рядом с тобой. Он, самый свободолюбивый из всех, кого я знаю… сложил свою свободу к твоим ногам. И ты, мой принц… ты не сумел этого оценить. Ты позволишь исцелить его раны?.. Пожалуйста,… Мир… хватит уже…

И последней фразы, в которой невольно появилась мольба, наверное, хватило. Миранис за спиной Армана мигом успокоился и ответил:

– Конечно, позволю… боги, да если бы я знал… даже в том магическом угаре, как же вы…

Арман не слушал. Забыв о Миранисе и телохранителях, он взглядом приказал Лиину подойти ближе и аккуратно, стараясь не тревожить ран, притянул Рэми к себе. Брат все еще был горячим, от него пахло потом, гноем и болезнью. Тонкие пальцы Лиина прошлись по спине Рэми, осторожно коснулись рваных краев ножевой раны, полился с его ладони мягкий лазоревый свет, и Рэми застонал сквозь зубы, вновь покрываясь кровавой испариной.

– Мой архан, – прошептал Лиин, не переставая лить целительную магию.

– Тише, тише, – прошептал Арман, гладя мокрые от пота волосы брата. – Тише… сейчас все пройдет… а что же ты думал, из за грани возвращаться нелегко…

Брат на миг замер, будто прислушиваясь, выдохнул свое:

– Ар! – и рванулся было в руках брата, выкрикнул что то на виссавийском, и вновь обмяк.

Задышал ровнее, спокойнее, будто засыпая, и, когда Лиин закончил исцелять синяки на спине и ребра, Арман аккуратно опустил Рэми на простыни, давая целителю закончить работу. Лилась синева с ладоней Лиина, молчали телохранители, Миранис тоже молчал. Всхлипнул через зубы Рэми, открыл на миг глаза и вновь заснул, дыша глубоко, будто не в силах надышаться.

Наверное, в последнюю седмицу, он и не спал спокойно. И дышать со сломанными ребрами мог с трудом. И вновь холодея от гнева, Арман снял плащ и завернул в него мирно спящего, уже исцеленного Рэми. Удобно устроил брата на руках и поднялся, не выпуская Рэми из своих объятий.

– Будет лучше, если он останется здесь, – пытался было вмешаться Лерин.

– Мы итак злоупотребили вашим гостеприимством, телохранитель.

– Ты не можешь его перенести с помощью магии, он слишком слаб, так и понесешь его на руках по коридорам? Если твои дозорные тебя и его увидят, а они увидят… Мы не подчистим память всем.

– Они больше не мои дозорные.

– Арман! – выдохнул Миранис.