|
Сопроводив его горькой настойкой из трав — привычный для кандийцев в этот час напиток, — Каландрилл пробудился настолько, что даже вел вполне непринужденную беседу. Но, несмотря на это, он был далеко не так бодр, как его друзья. Брахт, умиротворенный ночной беседой, был, как обычно, суров и уверен в себе; Кате и Теккану каким-то чудом удалось выспаться, а Менелиан прямо-таки кипел энергией, которая, как подозревал Каландрилл, была, скорее, волшебного свойства. Колдун шел впереди, рисуя в воздухе круги руками и что-то едва слышно бормоча. Вокруг ладоней его светился такой яркий желтый свет, что он вполне заменял им факелы. Он уверенно вел их через туман, спускаясь по узким лестницам и пересекая серые аллеи, все время в сторону пристани, где горели факелы и откуда доносился легкий шум. По одну сторону от колдуна шла Катя, по другую — Теккан; Каландрилл и Брахт замыкали процессию, держа руки на эфесе и внимательно поглядывая по сторонам, даже несмотря на охрану колдуна.
Киндар эк'Ниль поджидал их во главе отряда закованных в доспехи солдат. Он вежливо поклонился Кате и чуть более небрежно всем остальным. — Твои вануйцы умеют работать, — сказал он, обращаясь к девушке, но глядя на Менелиана. — Получив разрешение, они не прекратили работу ни на минуту. Катя любезно улыбнулась, а Менелиан заметил: — Я бы не хотел задерживать наших возможных союзников, вексиллан. — Союзников? — На хмуром лице эк'Ниля проступило удивление. — Да, союзников, — подтвердил колдун. — Я уже имел честь сообщить, что господин Каландрилл — царевич из Лиссе. Почему бы ему не поговорить с отцом, доммом Секки, дабы он предоставил нам свои суда для борьбы с мятежниками? Вексиллан перевел взгляд на Каландрилла, и юноша торжественно кивнул, хотя и не был до конца уверен, что вексиллан удовлетворится подобным, наспех придуманным за завтраком объяснением и не будет удивлен их спешкой. — Именно. Как тебе известно… Киндар… Секка и Альдарин строят флот, дабы оградить свои морские пути от посягательства корсаров. Не вижу причины, почему бы не помочь вам этими судами в борьбе с мятежником. — Голова у Каландрилла была еще затуманена, так что ему не пришлось заставлять себя растягивать слова, как пристало отпрыску царственного рода; блуждающая улыбка на губах была почти естественной. — Да будет так! — Эк'Ниль кивнул, и с перьев его шлема веером посыпались капельки росы. — Надеюсь, ты простишь мою подозрительность, господин Каландрилл. Я не мог знать. Каландрилл небрежно махнул рукой. — Забудем об этом, вексиллан. Мы же понимаем друг друга. Эк'Ниль с трудом выдавил из себя улыбку. — Могу ли я предложить вам теплое помещение? — Я останусь на судне, — отказался Теккан. — Я тоже, — кивнула Катя. — Пожалуй, и я, — присоединился к ним Каландрилл, но, вспомнив о своей роли, добавил: — На некоторое время. Мне интересно посмотреть, как идет ремонт судна. — Как пожелаете. — Вексиллан поклонился, не скрывая удивления. — Тогда я вас оставляю. У меня еще есть дела. — Занимайся ими, — сказал Менелиан. — А я позабочусь о том, чтобы у наших гостей было все необходимое. Вексиллан мгновение поколебался, потом кивнул и позвал за собой солдат. Вскоре они исчезли в тумане, и шум их шагов быстро растаял. Менелиан улыбнулся и махнул рукой в сторону фонарей. — Итак, вы свободны. Посмотрим, как идут работы? Он вновь предложил Кате руку, и Каландрилл про себя порадовался, что Брахт даже и не попытался ему помешать. |
