Они, великие и могущественные кланы, которые десятилетиями, как пауки, плели свою паутину, контролируя каждый контракт, каждую поставку, оказались бессильны против одного человека, который даже не пытался с ними воевать. Он просто сажал свой сад и этот сад оказался плодороднее всех их заводов, шахт и корпораций вместе взятых.

* * *

«Эдем». В то же время.

Я стоял в своем саду и с легким раздражением наблюдал, как Алина размахивает руками, демонстрируя мне очередную голографическую диаграмму.

— … и таким образом, господин, — с восторгом закончила она свой доклад, — после вычета всех расходов и десятипроцентной комиссии господина Лебедева, чистая прибыль «Ворон Групп» за этот месяц составила… — она назвала сумму с таким количеством нулей, что я даже не стал ее запоминать. — Наша финансовая проблема решена. На десятилетия вперед!

— Хорошо, — кивнул я, мой взгляд был прикован к редкой черной орхидее, на которой только что появился первый бутон. — Значит, теперь я смогу вырастить еще что-то более экзотическое.

Алина на мгновение замерла, а затем на ее лице появилась слабая, понимающая улыбка.

— Да, господин. Подыскать вам другие сорта?

Я кивнул.

Она ушла, оставив меня наедине с моими мыслями и моим садом.

«Поздравляю, Ваше Темнейшество, — прозвенел рядом со мной голосок моей феи-ИИ. — Вы хотели тихий, уединенный сад, а построили агроимперию. Теперь вас ненавидят не просто как мага, а как самого успешного фермера в истории этого захолустья. Мы будем создавать трактора нового типа?».

Глава 25

Прошел еще месяц, и я, к своему несказанному удивлению, почти перестал раздражаться.

Моя агроимперия под руководством Константина Лебедева работала как часы. На мои счета текли реки бесполезных бумажек, которые я даже не считал. «Ворон Групп» под управлением Алины обеспечивала «Эдем» всем необходимым, от титановых сплавов до экзотических сортов чая. Глеб и его люди надежно охраняли периметр, отгоняя редких любопытных, а мой «Кокон», моя зона абсолютного покоя, безупречно гасил весь внешний шум.

Жизнь вошла в идеальную, предсказуемую рутину. Я наконец-то мог позволить себе то, ради чего все это затевал. Я занимался своим садом.

Я стоял посреди новой оранжереи, наблюдая, как моя девушка-биомант с благоговением высаживает саженец лунного лотоса и чувствовал, как ее чистая, природная магия сплетается с гармонией этого места, и цветок, который в обычном мире распускался раз в сто лет, здесь обещал зацвести уже к следующему сезону. Я наслаждался тишиной, запахом влажной земли и ощущением созидания.

Именно в этот момент мой покой, как обычно, был нарушен.

— Господин, — раздался в моем коммуникаторе спокойный голос Глеба. — У главных ворот посетитель.

— Я не принимаю посетителей, Глеб, — устало ответил я, не отрывая взгляда от лотоса. — Ты знаешь правила.

— Я знаю, господин, но этот случай… нестандартный. Это девушка. Одна. Стоит у ворот уже третий час. Не проявляет агрессии. Я наблюдаю за ней через камеры. Наши сканеры показывают, что ее аура… чистая. Почти светится. Она отказывается уходить и настойчиво просит о встрече с «Калевом». Говорит, что она его подруга детства. Ее зовут Дарина.

Я поморщился. Подруга детства. Еще одно наследие этого никчемного тела, которое мне досталось. Моей первой, инстинктивной реакцией было приказать Глебу прогнать ее. Или, если она будет упорствовать, применить один из нелетальных, но очень неприятных защитных протоколов.

Но имя… Дарина.

Оно вызвало в глубине моего сознания странный, чужеродный отклик.