Она остановилась у одной из таверн, чтобы узнать дорогу к поместью. Внутри было шумно и людно.

— … и я тебе говорю, — басил за соседним столом здоровяк в броне с нашивкой грифона, — эта морковка спасла мне жизнь! Тварь уже почти откусила мне руку, а я чувствую — раз, и прилив сил!

— Да ладно врать, — смеялся его собеседник. — Это просто овощи.

— Это не овощи! — обиделся здоровяк. — Это дар самого Хозяина!

Дарина прислушалась. Весь бар гудел разговорами о нем. О Калеве Воронове. Они называли его «Хозяином», «Благодетелем», «Темным Магом с холмов». Их голоса были полны суеверного ужаса и безграничного, почти религиозного обожания. Они боялись его и молились на него. Он дал им работу, дал им силу, он возродил их город из пепла.

Она вышла из таверны, чувствуя, как по спине пробегает холодок. Это было безумие. Ее тихий, добрый, забитый Калев… стал словно божеством для этих наемников, торговцев и обычных людей.

Дорога к «Эдему» вела через лес и чем ближе она подъезжала, тем сильнее менялся мир вокруг. Шум города стих, сменившись тишиной. Воздух стал кристально чистым, наполненным ароматом хвои и влажной земли. Деревья вдоль дороги были неестественно зелеными и пышными. Она, как целитель, чувствовала это. Жизненная сила здесь била ключом.

И вот, наконец, она увидела «Эдем».

Даже издалека это было нечто невероятное. На вершине холма возвышались стены особняка из темного, отполированного камня, идеальные в своей строгой геометрии. Вокруг него террасами спускался сад, который, даже будучи незаконченным, поражал своей гармонией. Она видела работающие краны, снующих рабочих, но все это происходило в странной, почти полной тишине, словно невидимый купол гасил все звуки.

Она остановила машину у ворот. В ее душе боролись два чувства. Первое — это жалость и решимость. Она приехала спасти своего друга, слабого и доброго Калева, из лап того, кто сотворил это.

А второе… второе было тайным, непрошеным восхищением.

Она смотрела на это место, на этот шедевр архитектуры и магии, на эту демонстрацию абсолютной, несокрушимой воли. Дарина понимала. Тот Калев, которого она знала, никогда бы не смог создать ничего подобного. Он не смог бы даже вообразить это. Тот, кто построил это, был не простым магом.

И эта мысль пугала ее больше всего.

Дарина вышла из машины и подошла к массивным воротам. Они были закрыты. Ни охраны, ни звонка. Ничего. Она просто стояла перед ними, как просительница.

Прошел час. Никто не вышел. Солнце начало припекать. Дарина из рода Орловых, привыкшая, что перед ней распахиваются любые двери, просто стояла у ворот, и ее игнорировали. Это было неслыханно.

Прошло два часа. Ее решимость начала сменяться раздражением, а затем и гневом. Что он себе позволяет⁈ Кем бы он ни стал, кем бы ни был одержим, он все еще носил имя Калева Воронова! И она, его подруга детства, приехала, чтобы помочь! А он… он просто заставляет ее ждать, как какую-то служанку!

Прошло три часа. Ее гнев утих, сменившись упрямой яростью. Она не уедет. Она будет стоять здесь хоть до ночи и заставит его выйти.

Именно в этот момент ворота с тихим шипением открылись. Из-за них вышел хмурый, молчаливый мужчина с лицом ветерана. Он был одет в простую, но функциональную тактическую одежду, и от него исходила аура сжатой пружины.

— Госпожа Дарина? — его голос был ровным и безэмоциональным. — Господин вас примет.

Он не извинился за долгое ожидание. Просто констатировал факт.

Дарина, сглотнув свой гнев, кивнула и пошла за ним.