— Господин Воронов, — произнес он, стараясь, чтобы его голос звучал весомо, как у патриарха. — Рад, что вы нашли время. Присаживайтесь.

Он указал на кресло для посетителей. Я окинул его взглядом. Оно было сделано из того же полированного металла, что и стол, и имело жесткие, неудобные, почти враждебные очертания. Классический трюк из учебника по доминированию: заставить оппонента чувствовать себя неуютно, задрать ему подбородок, чтобы он смотрел на тебя снизу вверх. Какая примитивная, жалкая манипуляция.

Я спокойно подошел к креслу. Андрей Соколов смотрел на меня с едва заметной, предвкушающей усмешкой. Он ждал, что я либо сяду и буду терпеть, либо возможно откажусь, проявив слабость.

Я не сделал ни того, ни другого.

Я протянул руку и едва коснулся пальцами металлической спинки. Легкий магический импульс сорвался с моих кончиков пальцев.

На глазах у ошеломленного наследника, жесткий, холодный металл кресла на мгновение пошел рябью, словно жидкое серебро. Его строгие, неудобные линии плавно изогнулись, спинка слегка откинулась назад, а подлокотники приняли идеальную, эргономичную форму. Когда я убрал руку, передо мной стояло уже не орудие пытки, а идеальное, комфортабельное кресло, которое словно приглашало в свои объятия.

«Неплохие навыки в области промышленного дизайна, Ваше Темнейшество, — прозвенел рядом со мной голос моей феи-ИИ, которая с любопытством разглядывала преображенный предмет мебели. — У вас определенно есть будущее в этой сфере».

Я проигнорировал ее и с комфортом опустился в свое кресло, которое теперь было гораздо удобнее, чем хозяйское. Усмешка на лице Андрея Соколова сменилась плохо скрытым шоком. Его первая попытка установить доминирование провалилась, не успев начаться. Он понял, что правила в этой комнате устанавливаю я.

Рядом со мной, невидимая для него, в воздухе вспорхнула моя светящаяся спутница и с любопытством уселась на край его массивного стола, болтая ножками.

— Я буду говорить прямо, — начал Андрей, с трудом возвращая себе самообладание и сцепив пальцы в замок в точности так, как, видимо, делал его отец на всех официальных портретах. — Ваш недавний… перформанс произвел в городе много шума. Вы показали силу. Наш клан уважает силу.

Он сделал паузу, ожидая моей реакции. Я молчал.

«Он так старается быть похожим на своего папочку, Ваше Темнейшество, — прозвенел голос феи. — Просто очаровательно. Посмотрите, как у него напряжены желваки. Кажется, его сейчас стошнит от напряжения и собственной важности».

— Мы видим в вас потенциал, — продолжил наследник, явно раздосадованный моим молчанием. — Но вы одиночка, а одиночки долго не живут. Поэтому мой отец, и я от его имени, предлагаем вам честь стать частью нашей структуры. Вы получаете покровительство клана Соколовых. Все ваши проблемы с ФСМБ, с мелкими шавками вроде Мефистовых или Тихоновых — все это исчезнет. Мы обеспечим вас ресурсами, о которых вы и мечтать не могли.

Он подался вперед, его глаза хищно блеснули. Он перешел к сути.

— А взамен… взамен вы просто будете выполнять наши приказы. Станете нашим главным активом. Нашим личным оружием. Согласитесь, это более чем щедрое предложение для отпрыска разорившегося рода.

Он закончил свою речь и откинулся в кресле, ожидая моей реакции. Вероятно, он ждал благодарности, торга или испуга. Он предлагал мне ошейник и был уверен, что я с радостью надену его, лишь бы получить кость с его хозяйского стола.

Я же молча выслушал его до конца, мое лицо не выражало ничего, кроме легкой, почти отеческой скуки. Этот щенок даже не понял, с кем разговаривает.

— Это все? — спросил я наконец.

Андрей нахмурился, его уверенность дала первую трещину.

— Я считаю, я выразился предельно ясно.