— Кроме того, господин. Хочу донести до вашего сведения, что снизу, прямо внутри завода Чернова, действует неидентифицированная группа, бьющая по функционированию объекта, — продолжала Лина. — Группа действует автономно. Она саботирует работу завода, а также перехватывает грузы, в частности — контрабандный серый газ, который он пытался провезти в регион. Груз уже под контролем Стражей Эдема. Эффект оценивается, как положительный — Чернов теряет ресурсы с обеих сторон.

Она сделала паузу.

— Прошу разрешения пока не вступать в контакт с этой группой, чтобы не спугнуть. Они полезны как неконтролируемая переменная, которая давит изнутри.

В зале наступила тишина.

Калев все также стоял неподвижно, глядя на Лину через экран. Его лицо было абсолютно непроницаемое, но мгновением позже… еще одна легкая улыбка тронула его губы.

Алина от неожиданности чуть не выронила планшет.

— Сроки, — просто сказал он, вернув бесстрастное выражение.

— Судебный запрет на действия профсоюза — не более шести часов. Частичное снятие блокады стройки — двенадцать часов. Полное снятие — тридцать шесть. Оперативные апдейты — каждые четыре часа.

— Побочный урон.

— Нулевой по нашим активам. Рыночный шум — не более сорока восьми часов, а затем кривая снова пойдёт вверх. Капитализация восстановится в течение недели, с возможным ростом на фоне позитивного нарратива.

— Риски.

— Минимальные. Объект уже израсходовал основные ресурсы на этот спектакль. У него не осталось резервов для второго удара.

Калев молчал несколько секунд, продолжая вглядываться в Лину, будто обдумывая что-то.

Алина же стояла рядом, и чувствовала, как внутри всё переворачивается.

Так она действительно не облажалась? Она и правда лишь играла на несколько ходов вперёд?

Лебедев на своём экране тоже молчал, его взгляд был полностью сфокусирован на ответчице. Он явно уже не смотрел на нее, как на штатного аналитика.

Калев насмешливо прошелся взглядом по Алине и Лебедеву, после чего… снова повернулся к Лине. И в спокойной манере сказал лишь одно слово:

— Продолжай.

Лина замерла. Но лишь на мгновение, а следом необычная улыбка появилась на ее лице, которую Алина раньше не видела, Что она означала? Алина не успела разобрать, но от нее веяло какой-то… угрозой? Это было странное чувство.

Лина же медленно кивнула.

— Поняла, господин. Все будет сделано в лучшем виде, вы не пожалете. — Улыбка еще больше расцвела на ее лице, а взгляд стал более острым. Но снова лишь на мгновение, очень быстро это выражение вновь исчезло.

Лина развернулась к своему рабочему столу и начала быстро свайпать экраны, запуская процессы.

Фея парила рядом с Хозяином, ставя галочки в своём чек-листе:

— Иск… резервная площадка… нарратив… весовой контроль… «СеверРиск»… Принято к исполнению.

Алина же продолжала недоуменно пялиться на экран с Линой. Внезапно ей очень захотелось подтвердить свои догадки и она сказала.

— Неужели… это и правда все было подготовлено? Ты знала, что он так ударит?

Лина остановилась, медленно повернулась к камере, посмотрела на Алину и холодно улыбнулась.

— Я не знала, — сказала она спокойно. — Я заставила его так ударить.

Алина замерла.

— Ч-что? Заставила?

Лина наклонилась ближе к камере.

— Мне нужно было разрешение, Алина. Разрешение действовать жёстко — юридически жёстко. Чернов дал мне это разрешение, когда организовал незаконную забастовку. И теперь я могу его закрыть — легально.