Лина молчала, глядя на них обоих. Потом тихо сказала:

— Я веду эту операцию не для того, чтобы закончить её «хорошо». Я веду её, чтобы «убить» Чернова.

Тишина.

Константин и Алина буквально проглотили ответные слова, лишь недоуменно смотря на девушку перед ними.

Калев же спокойно перевел взгляд и на нее и просто спросил:

— Так ты собираешься его добить?

Лина не колебалась ни секунды. На губах появилась тонкая улыбка.

— Да.

Калев изучал ее неколько долгих секунд, после чего усмехнулся и…

…кивнул.

— Тогда добей.

Константин замер, тупо глядя на экран, и не мог поверить своим ушам.

Ч-что? Он… он дал ей разрешение? На полную зачистку? Вопреки моим рекомендациям⁈

Алина на своём экране застыла с открытым ртом, глядя на Хозяина.

Лина медленно откинулась на спинку кресла, удовлетворенно улыбаясь.

Воронов кивнул Фее и она отключила Лину от звонка. Затем Калев перевёл взгляд на Константина и Алину и задал вопрос таким голосом, что Константин почувствовал, как внутри всё сжимается:

— С каких пор вы принимаете решения по операции, которую курирую я лично?

Константин замер. Алина побледнела. Во взгляде Хозяина был вопрос, который не требовал ответа.

В итоге, Воронов отключил связь раньше, чем они успели отреагировать. Лишь Фея успела помахать им рукой с печеньем и состроить рожицу, прежде чем они исчезли.

Константин и Алина остались вдвоём на канале.

Константин спокойно сидел в своём кресле, но внутри него бежали мурашки.

Мы облажались.

Алина медленно провела рукой по лицу, и проговорила потрясенно:

— Черт, как все так вышло?

Константин тупо пялился в пустоту.

Глава 19

«Эдем». Личный сад. Утро.

Я сидел в своём любимом кресле среди роз и держал в руках чашку с зелёным чаем, наблюдая, как первые лучи солнца пробиваются сквозь листву и окрашивают утренний туман в оттенки розового. Воздух был свежим, прохладным, с той особенной чистотой, которая бывает только на рассвете, когда мир ещё не проснулся окончательно и не начал суетиться.

Я отпил чай медленно, смакуя его горьковатый вкус и лёгкий аромат жасмина, который я добавил по настроению. Это был один из тех редких моментов, когда можно было просто сидеть и ничего не делать. Просто тишина, сад и утренний чай.

Я откинулся на спинку кресла и позволил себе усмехнуться, вспоминая вчерашнюю конференцию. Лебедев и Алина так старательно пытались убедить меня принять «рациональное» решение, так уверенно объясняли, почему нужно остановить Лину и взять капитуляцию Чернова. Они думали, что я не вижу всей картины и действую импульсивно, поддавшись какой-то прихоти — наивные. Их «рациональность» — это просто страх перед неопределённостью.

Лина неплохо справилась. Чернов разорван в клочья за несколько дней, а его империя превратилась в пепел.

Я закрыл глаза, наслаждаясь теплом солнца на лице, и подумал, что хотел бы продлить этот момент хотя бы ещё на пять минут. Всего пять минут тишины и покоя перед тем, как снова погрузиться в бесконечный поток дел.

— Ваше Темнейшество.

Я открыл глаза и увидел Фею, которая материализовалась прямо передо мной, паря на уровне моих глаз. Обычно она была в каком-нибудь нелепом наряде, но сегодня на ней было простое белое платье, и выражение лица было серьёзным, почти мрачным. Это было плохим знаком. Когда Фея выглядит серьёзной, значит, проблемы действительно серьёзные.

Я поставил чашку на столик рядом с креслом и вздохнул.

— Слушаю.