Я поставил чашку на столик рядом с креслом и вздохнул.

— Слушаю. Надеюсь, что это не очередная катастрофа планетарного масштаба, потому что я не приду. У меня еще чая пол чайника.

Фея фыркнула, но улыбки не было.

— Операция «Котовск» завершена. Лина Миронова выполнила все задачи — экономика «Деус Индастриз» мертва, активы заморожены, контракты разорваны, инвесторы разбежались как тараканы при свете, а сам завод остановлен.

Она свайпнула что-то в воздухе, и передо мной развернулась голографическая проекция с графиками и цифрами. Я пробежался по ним взглядом — падение капитализации Чернова было почти вертикальным, банкротство неизбежно, все связи обрублены.

— Чисто, — сказал я с одобрением. — А Чернов?

Фея свайпнула ещё раз, и на экране появилась фотография — чёрный седан, снятый камерой наблюдения на выезде из Котовска в сумерках. Качество изображения было неплохим, но номера на машине были размыты так профессионально, что это не могло быть случайностью.

— Сбежал — эвакуирован неизвестными. Операцию провели блестяще — никаких следов, никаких зацепок. Мы попытались отследить, но тот, кто его забрал, знает, что делает. Чернов просто испарился.

Я нахмурился, глядя на фотографию. Эвакуация такого уровня требовала ресурсов и профессионализма, который был доступен только крупным игрокам в местном зверинце.

— Продолжай искать, — сказал я.

Фея закрыла голограмму и продолжила.

— Как итог, Котовск взят полностью. Антон координирует операцию — Стражи развернули мобильные госпитали, полевые кухни работают круглосуточно, люди начали выходить из домов.

Она сделала паузу, и я уже знал, что сейчас будет.

— Но?

— Но есть большая проблема.

Фея свайпнула снова, и передо мной возникла карта Котовска. Почти весь город был покрыт красными пятнами, которые пульсировали, словно живые. Это были зоны магического загрязнения, и их масштаб заставил меня выпрямиться в кресле.

— Яд никуда не делся, — сказала Фея. — Он впитался в землю. Лей-линии забиты грязью, и это вызывает некроз — гниение магических потоков — как тромбы в венах Земли. Если не остановить это сейчас, некроз распространится на соседние города, а потом и на весь регион.

Я смотрел на карту и чувствовал, как внутри поднимается раздражение. Завод «Деус» качал энергию без малейшего понимания последствий. Чернов и его покровители буквально убивали землю ради прибыли, и теперь этот яд угрожал не только Котовску, но и моему «Эдему».

Идиоты. Алчные, недальновидные идиоты.

В этот момент мой коммуникатор завибрировал на столе. Я взял его и увидел на экране имя: Антон «Молот».

Я принял вызов.

— Антон. Докладывай.

Голос Антона был усталым и хриплым, словно он не спал несколько суток подряд. На фоне слышался шум — крики, работа техники, голоса людей, отдающих команды.

— Господин, город под нашим контролем. Наёмники Чернова сбежали как крысы с тонущего корабля, мы развернули периметр и держим все ключевые точки. Никаких инцидентов.

— Но? — я слышал в его голосе, что есть «но», и оно было тяжёлым.

Антон выдохнул, и в этом выдохе было столько усталости, что я почувствовал её даже через коммуникатор.

— Но люди болеют и сильно. Больницы переполнены, наши мобильные госпитали тоже на грани. Врачи не понимают, что происходит — анализы чистые, но симптомы как при тяжёлом отравлении: слабость, головные боли, тошнота — люди падают прямо на улицах.

Он помолчал, потом добавил тише:

— Мои парни тоже чувствуют давление.