— Нам нужно к мэру, — сказал Анатолий Викторович, подходя к стойке. — По срочному вопросу.

Женщина медленно подняла взгляд, оценила их группу — шестеро человек, явно не из местной администрации. Её лицо стало ещё более недовольным.

— У мэра нет приёма, — сказала она сухо. — Запишитесь на следующую неделю. Вторник, четырнадцать ноль-ноль, если повезёт.

— Это не может ждать неделю, — твёрдо сказал Анатолий Викторович. — Речь идёт о здоровье и безопасности всех жителей города. Мы требуем немедленной встречи.

— Все требуют, — женщина вернулась к своей тетради. — Записывайтесь или уходите. Не мешайте работать.

Григорий наклонился к стойке, положив на неё тяжёлые руки.

— Послушайте, мы не уйдём, пока не поговорим с мэром. Это важно, город умирает, люди больны, а вы тут бумажки перекладываете!

Женщина резко подняла голову, и в её глазах вспыхнуло раздражение.

— Не смейте повышать на меня голос! Я здесь работаю тридцать лет и знаю регламент! Без предварительной записи к мэру нельзя! И если сейчас же не уйдёте, я вызову полицию!

Она потянулась к телефону на столе.

Вадим и Коля инстинктивно двинулись вперёд явно готовые не дать ей позвонить. Нина Петровна схватила Григория за руку, пытаясь оттянуть от стойки. Анатолий Викторович начал что-то говорить, пытаясь разрядить ситуацию, но женщина уже набирала номер, её лицо было красным от ярости.

— Полиция? Да, это администрация, у нас тут…

Даниил шагнул вперёд, протянул руку и мягко коснулся края стойки.

— Подождите, — сказал он тихо, и вложил в слова свой дар.

Волна спокойствия, тёплая и мягкая, накрыла женщину. Её пальцы замерли на кнопках телефона. Она моргнула, словно очнувшись от транса.

— Просто выслушайте нас, — продолжал Даниил, продолжая направлять успокаивающую энергию. — Дайте нам пять минут. Мы не хотим создавать проблем. Просто хотим помочь городу. Для этого нам надо встретится с мэром.

Женщина медленно опустила телефонную трубку обратно. Посмотрела на Даниила, потом на остальных. Раздражение в её глазах сменилось растерянностью.

— Я… — она провела рукой по лицу. — Извините. Я не знаю, что на меня нашло. Просто… голова раскалывается весь день, и все эти люди, которые приходят, кричат, требуют…

— Мы понимаем, — тихо сказал Даниил. — Вы тоже страдаете от того, что происходит в городе. Как и все остальные.

Женщина кивнула медленно, всё ещё приходя в себя. Посмотрела на них другими глазами, и уже не враждебно, а просто устало.

— Хорошо, — сказала она наконец. — Второй этаж, кабинет мэра, конец коридора. Идите, только… постарайтесь не кричать на него. Ему и так несладко.

— Спасибо, — Анатолий Викторович кивнул с облегчением.

Они направились к лестнице. Григорий оглянулся на Даниила, и в его глазах читалось изумление.

— Это твой дар, паря? — прошептал он.

— Дар? Скорее проклятье. Но да, он самый, — тихо ответил Даниил.

Остальные тоже бросали на него удивлённые взгляды, но ничего не говорили.

Они поднялись по скрипучей лестнице на второй этаж. Коридор был таким же запущенным, как и всё здание. В конце коридора виднелась массивная деревянная дверь с табличкой.

Григорий постучал.

— Войдите! — крикнули изнутри, голос прозвучал неожиданно резко, и даже зло.

Они вошли.