— Ты — кусок шерсти с блохами!

Мурзифель одним прыжком переместился на моё плечо. Его тёплый бок прижался к шее, усы защекотали ухо. Он начал неистово тереться о мою щёку, мурлыча на запредельной громкости.

«Хозяин», — голос в моей голове стал медовым, просительным, — «дай мне дело! Настоящее дело! Я полезнее этой пищащей мошки! Она только орёт и батарейки жрёт!»

— Ах ты!.. — Фея задохнулась от возмущения.

«А я могу охранять! Убивать! Пугать! Я столько всего умею, Повелитель! Ты же помнишь, как мы…»

— Рот закрыли, — произнёс я. — Оба.

Мурлыканье оборвалось. Фея замолчала.

Наконец-то.

Я вернулся к анализу, погружаясь глубже в переплетение гниющих энергетических вен. Чем дольше я смотрел, тем яснее становилась картина. И тем меньше она мне нравилась.

Некроз. Не обычное загрязнение, а именно некроз — магическая гангрена, пожирающая саму ткань реальности. Если я просто уеду, через неделю здесь образуется чёрная дыра. Она схлопнется и потянет за собой всё в радиусе сотни километров. Мой Сад, Воронцовск и «Эдем».

Неприемлемо.

Полумеры не помогут. Чистить «тряпочкой» поздно — нужна операция.

Я повернулся к Коту.

— Хотел дело? Получай.

Мурзифель насторожился, его уши встали торчком.

— Ты отвечаешь за этот город. Вместе с мальчишкой, — я кивнул на Даниила, который сидел на полу, обхватив колени руками и стараясь не смотреть ни на меня, ни на Кота. — Контролируешь порядок и обеспечиваешь послушание местных. Чтобы ни одна крыса не пискнула, пока я работаю.

Глаза Кота округлились.

«Я⁈ Чинить потоки⁈ Хозяин, я же не умею! Я по части… разрушения! Ломать — это да, это я мастер, но строить…»

Фея злорадно хихикнула. Кот метнул на неё убийственный взгляд.

— Чинить буду я, — уточнил я. — Ты — обеспечиваешь безопасность периметра. Ясно?

«Так точно, Повелитель!» — Мурзифель приосанился. — «Ни одна крыса не пискнет! Ни одна муха не пролетит! Я буду…»

— Мне придётся развернуть здесь Кокон.

Смех Феи оборвался.

— Что? — она подлетела к моему лицу, её глаза были огромными от ужаса. — Повелитель… нет. Нет! Вы почти пусты! Вы потратили всё на Воронцовск, на «Небесный Сад»! Второй Кокон вас убьёт! Это… это суицид!

Я смотрел на гниющие энергетические вены под ногами. На медленно расползающуюся черноту и на трещины в ткани реальности.

— У меня нет выбора.

* * *

Настоящее время.

Тридцать второй символ. Последний.

Я отвёл руку от каркаса и позволил себе просто посмотреть на результат. Установка возвышалась в центре цеха: переплетение стальных рёбер, увитых светящимися рунами, с гнёздами для кристаллов-накопителей на каждом ярусе. Грубая работа, временная — но функциональная.

Фильтр не вылечит некроз. Он лишь замедлит его распространение, но даст мне время на подготовку настоящего ритуала. Как жгут на рану — не лечит, но не даёт истечь кровью.

— Носитель, — я не оборачивался, но чувствовал его присутствие за спиной. — Держи контур. Плавно и без рывков.

— Да, — голос Даниила был хриплым от напряжения. — Понял.

Он учился быстро — надо отдать ему должное. Ещё несколько часов назад он едва мог удерживать ментальный фон ровным, а сейчас его поток был почти стабильным. Для человека, который до недавнего времени использовал свой дар вслепую, на чистой интуиции — неплохой прогресс.

Я активировал первый кристалл.

Камень вспыхнул изнутри, разгораясь голубым цветом.