— Хватит.

Голос Воронова был негромким, но Фея мгновенно замолкла, а Мурзик перестал вылизываться.

Воронов повернулся к ним. Его лицо было абсолютно спокойным. Вот только глаза… Даниил почувствовал, как по спине пробежал холодок.

Глаза были пустыми и нечеловеческими. Там, в глубине, что-то шевелилось — что-то древнее и очень, очень злое.

— Это была приманка, — произнёс Воронов ровно. — Они нас переиграли. Вопрос — где настоящая цель.

Лина перестала протирать гранатомёт.

— Мои люди продолжают копать. Если есть третья точка…

Тишину прорезал звук — приближающийся стрёкот вертолётных лопастей.

Все подняли головы. Из-за деревьев вынырнул силуэт — небольшой гражданский вертолёт, и он заложил круг над руинами и пошёл на посадку, поднимая тучи пыли и пепла.

Даниил прикрыл глаза рукой.

Вертолёт приземлился метрах в тридцати от них. Дверь распахнулась, и из кабины выпрыгнул Глеб — в своем неизменном костюме.

Он замер.

Несколько секунд начальник службы безопасности «Ворон Групп» просто стоял и смотрел на картину перед собой. На дымящиеся руины, на Воронова в идеальном костюме, на Лину с гранатомётом и жвачкой, на Фею, которая всё ещё светилась возмущённым красным и на Мурзика, восседающего на голове Даниила, как корона.

Выражение его лица было… Даниил не мог подобрать слова. Что-то среднее между «я слишком трезв для этого дерьма» и «почему я единственный нормальный человек в радиусе километра».

Глеб медленно опустил автомат.

— Точка А пуста, — произнёс он хриплым голосом. — Эмиттер и три трупа. Здесь тоже?

— Фальшивка, — кивнул Воронов. — Видимо, мы потеряли время.

Глеб обвёл взглядом руины — воронки, тела, оплавленный бетон — и вздохнул.

— Вижу, вы тоже без дела не сидели.

«Это было скучно», — сообщил Мурзик. — «Они даже не сопротивлялись нормально. Люди нынче пошли хлипкие».

Глеб посмотрел на кота. Кот посмотрел на Глеба.

— Он разговаривает? — спросил Глеб у Даниила.

— Да, — Даниил сглотнул. — Но в голове.

— В моей тоже?

«Нет, солдатик. Ты недостаточно интересен».

— Он говорит, что нет, — перевёл Даниил.

Глеб кивнул. Его лицо оставалось каменным, но где-то в глубине глаз мелькнуло что-то похожее на смирение.

— Отлично. Говорящий кот. Почему бы и нет. Что дальше?

Даниил почувствовал абсурдную волну солидарности. Наконец-то хоть один нормальный человек.

Хотя, — подумал он, глядя на Глеба, — «нормальный» — это, наверное, растяжимое понятие.

Мурзик спрыгнул с его головы.

Без предупреждения — просто оттолкнулся задними лапами и приземлился на бетон. Когти напоследок прошлись по скальпу Даниила, оставив пару свежих царапин.

— Ай! — Даниил схватился за голову. — Ты специально⁈

«Случайно», — голос кота звучал невинно. — «У тебя очень скользкая голова, знаешь ли. Нужно мыть реже».

Мурзик потрусил к дымящимся обломкам в центре двора. Там, среди покорёженного металла и оплавленного пластика, лежало что-то, напоминающее… Даниил прищурился. Какой-то прибор? Передатчик?

— Эмиттер, — пояснила Фея, заметив его взгляд. — Штука, которая транслировала ложный ментальный сигнал. Тот самый, который твой блохастый друг так уверенно назвал «следом Тарханова».

«Я назвал его следом Тарханова, потому что он пах Тархановым, лампочка», — огрызнулся Мурзик. — «Не моя вина, что крыса додумалась обмазать свою игрушку собственным потом».