— Фу, — сказала Лина, не отрываясь от жвачки.

Мурзик подошёл к эмиттеру. Обнюхал его, обошёл кругом, снова обнюхал. Потом громко, демонстративно чихнул.

«Дешёвка», — прокомментировал он. — «Кристаллы третьего сорта. Они что, экономили на ловушке для Хозяина? Оскорбительно».

— Можешь найти настоящий след? — голос Воронова был ровным, но Даниил почувствовал, как дрогнул воздух вокруг него. Терпение Лорда-Протектора было не бесконечным.

Мурзик повернул голову. Его жёлтые глаза блеснули.

«Могу. Но мне нужен переводчик».

Он посмотрел на Даниила.

Даниил похолодел.

— Нет, — сказал он, отползая назад. — Нет-нет-нет. Только не это.

«Да-да-да», — Мурзик двинулся к нему. — «Именно это. Не дрейфь, двуногий. Будет почти не больно».

— Почти⁈

«Ну, для меня — точно не больно».

— Что он собирается делать? — спросил Глеб, наблюдая за этой сценой с профессиональным интересом.

— Использовать меня как… — Даниил попытался объяснить, — как транслятор. Это больно — очень больно, и унизительно. И…

Мурзик прыгнул.

Зубы впились в лодыжку — острые, как иглы, пробившие ткань штанов и кожу под ней. Даниил открыл рот, чтобы закричать, но вместо крика из горла вырвался хрип, а потом…

Мир исчез.

Вернее, не исчез, а изменился. Даниил больше не видел руины своими глазами. Он видел их глазами Мурзика. Чувствовал запахи — тысячи запахов, которые человеческий нос никогда бы не уловил: гарь, кровь, пластик, страх и что-то ещё…

— Кот говорит… — голос Даниила стал чужим, монотонным, — эта штука воняет дешёвым пластиком и страхом крысы. Тарханов держал её в руках. Долго держал и нервничал.

Воронов шагнул ближе.

— Где он сейчас?

Даниил-Мурзик повернул голову. Принюхался. Образы замелькали в сознании — вода, ржавый металл, затхлый воздух подземелий…

— Настоящий запах ведёт к воде, — продолжил он тем же мёртвым голосом. — Старые трубы и бетон — что-то… промышленное. Там, где прячутся крысы, когда боятся кошек.

Мурзик разжал зубы.

Даниил рухнул на бетон, хватая ртом воздух. Перед глазами плыли цветные пятна, лодыжка горела огнём.

— Нельзя аккуратнее? — просипел он в сторону кота.

«Можно, но это не так интересно», — Мурзик облизнулся. — «Но ты полезный. Цени».

Лина уже листала что-то на планшете. Её пальцы летали по экрану, глаза сканировали карту.

— Вода… промышленная зона… — она увеличила участок карты. — Северный. Там старая станция водоочистки, законсервирована лет двадцать назад. — она подняла глаза на Воронова. — Идеальное место для крысы.

Мурзик подошёл к планшету и ткнул лапой в экран.

«Там», — подтвердил он. — «Воняет оттуда, сильно воняет. Много людей, много страха, много…» — пауза, — «…много вкусного».

— Вкусного? — переспросил Даниил.

«Для меня — вкусного. Для вас — мёртвого. Нюансы».

Фея подлетела к карте, разглядывая точку.

— Северный в часе езды отсюда. Если они поймут, что мы раскусили ловушку…

— Не поймут, — Воронов смотрел на карту, и в его глазах что-то изменилось. Холодная пустота уступила место расчету вероятностей. — У меня есть транспорт, — он кивнул в сторону вертолёта Глеба.