Что?.. Кого Кантэ мог убить, где?

– Я никого не… – залепетал Кантэ, но командир Чжань, не опуская меча, дёрнул рукой, прерывая его несвязную речь.

– Мой брат служил в разведке, он убил моего брата!

Дэкван тоже держал оружие перед собой, обеими руками, будто оно могло помочь ему устоять на ногах.

– Мой воин никого не трогал, – проговорил он уверенно.

– Твой человек убил моего! В лесу, давно. Шпионы донесли, что ваш отряд бился с нашим. Этот, – он ткнул остриём меча в Кантэ за спиной Дэквана, – убил одного человека. Моего брата!

Нет-нет, не может быть! Йонг схватилась за руку Иридио, чтобы устоять, прикусила губу от паники. Перед глазами образы видения, подсмотренного ею у командира Чжаня, накладывались на то, что она действительно наблюдала сейчас, и не могла понять, где реальность, а где будущее, которое вот-вот должно было наступить.

Дэкван вдруг выпрямился, пошатнувшись на очередной волне, ударившей в борт паноксона.

– Твоего брата убил не он, – заговорил он всё таким же твёрдым голосом. – А я. Я это сделал, в лесу под Пекином.

Йонг вскрикнула, тут же зажала себе рот рукой, и её крик словно разорвал напряжение, повисшее между Дэкваном и командиром Чжанем: последний бросился на Третьего Когтя с яростным воем.

– Нет, стойте! – Йонг пыталась вырваться из рук Иридио, сознание расслаивалось на части прямо в это мгновение. Какой ужасный поворот событий, думала она лихорадочно, какой нелепый, всё ведь почти закончилось! – Пустите меня, я должна…

– На месте ты должна стоять, девчонка! – рыкнул на неё мастер и дёрнул дальше от борта, не давая вывалиться в море.

На их глазах, на глазах у Чунсока, Гаин и остальных выживших воинов, что уже отмечали победу, Дэкван дрался на палубе паноксона с командиром имперского войска. Чунсок прыгнул к нему, чтобы помочь, но смог только оттянуть в сторону Кантэ, рвущегося к своему капитану.

– Нет, стой! Не попадись под руку, дурной!

Дэкван поскользнулся, нога его подвела, и упал на спину прямо под ноги командира Чжаня. Тот занёс над его головой меч, Йонг закричала.

– Госпожа, – выдохнул Дэкван. Йонг не была уверена, слышат это все остальные или только она одна, таким тихим и одновременно оглушающим был звук его голоса, твёрдого, как сталь, из которой ковали его мечи. – Скажите генералу, что я выполнил свой долг.

С криком, заполнившим всю бухту, командир Чжань замахнулся и ударил Дэквана в грудь. Весь воздух вышел из лёгких Йонг, она почувствовала, как пустеет её дань-тянь, словно она была колодцем, который внезапно осушили, добрались до дна, кинули туда ведро и разбили.

Она обмякла в руках Иридио – тот гневно ругался, перемежая ёнглинъ с португальским, – задохнулась от сплетённых воедино паники и гнева, слёзы хлынули из глаз, расплывался вид поверженного Дэквана и стоящего над ним командира Чжаня.

Кричали все: Кантэ, Чунсок, держащий его, Гаин на другом паноксоне, наблюдающие за всем воины дракона, сама Йонг. Дэкван, думала она. Дракон, думала она.

Убью, решила она.

Йонг поднялась, пока остальные выли и стенали, не зная, что предпринять, выдернула себя из объятий Иридио. Достала из-за пояса кинжал, который когда-то давно ей подарил Нагиль. Она ни разу им не воспользовалась, но теперь точно знала, для чего он был ей нужен. Для этого.

Для этого.

Йонг замахнулась на ходу, сделала несколько резких шагов к борту и с яростным воем метнула кинжал прямо в грудь командира Чжаня, на лице которого была написана горечь, а никак не удовлетворение местью. Кинжал вонзился ему в ключицу, он охнул и повернулся к Йонг. Глаза у него закатились, он упал, скрываясь за бортом паноксона, но перед этим посмотрел на свою убийцу глазами, полными благодарности.