Надеюсь, он не передумал. Не могу сказать, что я не доверяю Артуру, но всё же действовать против своих же родственников — дело непростое. На его месте я бы сейчас сомневался на тему того, как лучше поступить.

Если бы мой отец и братья находились на скамье обвиняемых, я бы искал способ добиться справедливости, но при этом максимально смягчить приговор для членов своей семьи.

Нам с Ильёй указали на главные места в зале, которые располагались неподалёку от стола судьи. Там, всего в пяти метрах от нас, находились решётки, в которые уже успели перевести Аркадия и Викторию Мансуровых.

Странно, что Владимира до сих пор туда не перевели. Готов поклясться, что пленники его уже должны были сдать. Он ведь тоже принимал участие в этих экспериментах.

— Больше ждать нельзя. Начнём, — заставив всех в помещении замолчать, произнёс судья — низенький, почти полностью облысевший мужчина в тёмной мантии. — Меня зовут Аристарх Борисович Котовский. Сегодня я буду подводить итоги произошедшего в заброшенном посёлке Солнечный.

— Возражаю, господин Котовский, — тут же осмелился перебить судью Аркадий Мансуров. — Сторона защиты до сих пор не в полном составе. Наш адвокат…

— То, что ваш адвокат задерживается — это не мои проблемы, — резко ответил ему судья. — И я настоятельно рекомендую больше не перебивать меня. Я сам скажу, когда вам будет предоставлено слово, Аркадий Петрович. В противном случае вас придётся удалить из зала заседаний за нарушение правил проведения судебных разбирательств.

— П-простите, Аристарх Борисович, — заикнулся Аркадий.

Виктория же раздражённо цыкнула, взглянув сначала на судью, а затем на меня. Кажется, она всеми фибрами души желала, чтобы в данный момент моя шея оказалась в её руках. А учитывая, что эта женщина даже чересчур крепкая для светской дамы, думаю, ей бы хватило сил сломать мне шею, если бы я не сопротивлялся.

Однако ситуация и вправду начала разворачиваться крайне странно. Андрей Всеволодович Углов так и не пришёл. Единственный человек, который мог перевернуть ход заседания, по какой-то причине оставил своих нанимателей.

Странно. Неужели он смирился с тем, что ему не удастся меня одолеть? А мне казалось, что у него всё схвачено. Я даже начал подозревать, что он уже обошёл меня на несколько шагов и придумал, как обеспечить Мансуровым победу даже при том, что все улики говорят против них.

На самом деле нам с Синицыным тоже можно было бы нанять адвоката. Как я понял, суд здесь проводится не совсем так, как это делалось в моём мире. Обвинять будут Мансуровых, однако они могут перевести стрелки на нас, если найдут или сфабрикуют доказательства, которые сыграют им на руку. И тогда защита понадобится уже нам, а не им.

Однако мы с Ильёй решили не рисковать. Ведь в нашем случае нанятый адвокат — это именно риск. Мансуровы или Углов могли заранее подкупить Саратовских юристов. И вместо того, чтобы помогать нам, он нас зароет. Лучше мы разберёмся с этим делом сами. Моя хитрость и знание законов Синицына должно компенсировать отсутствие адвоката.

Более того, возможно, этим мы расположим к себе судью. Котовскому гарантированно известно о том, что в деньгах мы не стеснены, а значит, можем позволить себе адвоката. И поэтому может создаться впечатление, будто мы настолько уверены в своей правоте, что даже в юридической помощи не нуждаемся. Это — отличный ход, чтобы ещё сильнее переманить судью на свою сторону.

Хотя, если честно, я вообще не могу представить, какие аргументы Мансуровы должны сообщить Котовскому, чтобы он в итоге засомневался в их виновности. Такого попросту быть не может. Единственный человек, который может нечто подобное провернуть — это Андрей Углов. Но он не пришёл.

И это должно меня радовать, но почему-то вместо спокойствия я чувствую нарастающую тревогу.