Обед в Галактическом Зале обходился в астрономическую сумму. Но ни одно место не пустовало, и столик приходилось заказывать за несколько недель. Тем, чья очередь подошла в этот вечер, повезло, они могли наблюдать бесплатный аттракцион — астронавта и мать ста детей, но большинство обедающих сами были знаменитостями в той или иной области и если и уделяли внимание Лоне и Беррису, то не более, чем на секунду. Мимолетный взгляд — и назад, к чудесам на собственной тарелке.

Когда они проходили между массивными прозрачными дверями, Лона вцепилась Беррису в руку и сжала с такой силой, что ему наверняка стало больно. Через мгновение они оказались на краю узенькой платформы, за которой зияла бездонная пропасть; высоко над головой ослепительно сияли звезды. Внутри ресторан-купол был несколько сотен метров в поперечнике, а ярусы со столиками лепились, как ряды чешуек, к стенкам, так что можно было сказать, что каждому досталось место у окна, и никому не обидно.

Лоне показалось, что она начинает валиться в разверзающийся под ногами бездонный черный океан.

— Ай! — Пронзительно, даже у самой в ушах зазвенело. Коленки дрожат, в горле пересохло; Лона несколько раз качнулась с носка на пятку, быстро зажмурила и открыла глаза. Ледяные уколы страха пронизали ее сразу в тысяче мест. Сейчас она упадет и затеряется в бездне; или шикарный наряд расплывется в воздухе, растает капельками тумана, и она предстанет в чем мать родила перед этой ордой снобов; или в самый разгар обеда снова появится старая ведьма с гигантским выменем; или она, Лона, возьмет вилку в правую руку, или ее внезапно вытошнит прямо на живой ковер. Может случиться все, что угодно. Этот ресторан напоминает сон, внезапно обернувшийся явью; не то чтобы кошмарный сон, но могущий в любой момент стать кошмаром.

— Мистер Беррис, мисс Келвин, — вкрадчиво зашелестел голос из пустоты, — добро пожаловать в Галактический Зал. Будьте так добры, проследуйте к своему столику.

— На гравидиске, — пояснил Беррис.

Поблескивающий медью гравидиск, дюйм толщиной и ярда два в диаметре, был пришвартован сбоку от платформы. Придерживая Лону за локоть, Беррис подвел ее к самому краю. Как только они встали на диск, тот сразу же отделился от «причала» и плавно заскользил по воздуху вперед и вверх. Вниз Лона старалась не смотреть. Гравидиск перенес их через весь огромный зал и пришвартовался возле свободного столика, опасно прилепившегося к укрепленному на кронштейне уступу. Беррис подвел Лону к ее месту, и диск тут же унесся обратно; короткое мгновение Лона видела его с ребра, в красочном нимбе отраженного света.

Казалось, одноногий столик растет прямо из пола. Лона с облегчением опустилась в кресло, которое тут же зашевелилось, подстраиваясь под очертания ее тела. В этой уверенной хватке было что-то не совсем приличное, но в то же время обнадеживающее. В случае чего, подумала Лона, если закружится голова, кресло не даст мне упасть.

— Ну как? — поинтересовался Беррис, заглядывая ей в глаза.

— Невероятно. Такого я не могла даже представить. — Впечатление было настолько сильным, что ей казалось, будто ее вот-вот стошнит от волнения, но об этом она умолчала.

— Наш столик — самый престижный. Когда здесь бывает Чок, он всегда берет именно этот столик.

— Никогда бы не подумала, что звезд так много!

Они подняли глаза. С их места открывался вид почти на сто пятьдесят градусов небесного свода. Беррис принялся показывать Лоне звезды и планеты.