– Выискиваешь во мне червоточины? – сообразил Дан. Что же, братец, давай искать вместе. Видно, жизнь при Дворе научила тебя не доверять и самым близким.

– Это плохо?

– Здесь, среди диланов, это не пригодилось бы, а Империи… Вот там, конечно, лучше не подставляться.

– За последние годы у меня было немало друзей,– cказал Эри.– А настоящим оказался один – от кого ждал меше всего. Иногда думаю: может, сам виноват? То ли не стою чужой верности, то ли сам не надежней прочих, только не замечаю этого, как и они. Но ведь до сих пор я не позволял себе подлости, а все мелкие прегрешения так и торчат в душе занозами!

– Вот это, братик, называется рефлексиями,– пояснил Дан, сочувственно усмехаясь.– И настоящему – Истинному! – огру они ни к чему, лишь мешают жить. Наверное, это наше семейное проклятие. Отец тоже любил рассуждать на отвлеченные темы – этакий моралист, психолог‑самоучка, философ доморощенный. Но я тогда не прислушивался, хватало иных проблем. Помнишь бедолагу Кэнга, приблудного сироту?

– Еще бы!

– А, ну да… Так вот, чем‑то я на него походил,– наверное, отсутствием таланта. А не владея даром сам, я, как и Кэнг не признавал его в других. Правда, я оказался сильней и и стал возводить в культ свою заурядность, тем более не стал предавать. Хотя тут сравнивать сложно,– прибавил Дан.– Мне‑то пришлось бы предавать родичей!..

– Мы с тобой, брат, неплохо дополняем друг друга,– заметил Эри.– У меня есть дар, но чего‑то недостает – то ли опыта, то ли знаний, то ли ума. Или всего вместе. Зато восторженности в избытке, как и щенячьей доверчивости. Меня постоянно заносит, и с тормозами проблема. А ты – скептик до мозга костей, самому себе веришь через раз. Уж глупцом тебя никто не назовет, и знаешь ты слишком много для Истинного. Беда в том, что каждый из нас унаследовал половину Кира. Вот если нас сложить, тогда, может, и образуется Тиф, который сможет уломать старого Льва. Твоя логика, эрудиция плюс мои озарения… Как, по‑твоему, наш отец сумел бы убедить Тора?

– Может, тебе надо подрасти? – с улыбкой предположил Дан.– Для своих лет ты вовсе не глуп. А знания – дело наживное.

– И сколько еще предлагаешь ждать? Пока от Империи останутся дымящиеся развалины?

– А что нам до Империи, брат? Она давно труп – так, трепыхается по инерции. Помнишь прогнившее насквозь, медленно издыхающее чудище, что вломилось в Дворцовую молельню,– Ита живописала его в деталях. По‑моему, недурная модель!

– Бог с ней, с Империей,– сказал Эри.– Но разве тебе не жаль людей? Ведь столькие лишатся жизней, а еще больше – тел.

– В этом наша беда,– хмыкнул Дан,– Жалостливые. С этим надо что‑то делать, а?

– Хорошо,– кивнул юноша,– тогда довод для эгоиста. Если в Империи возобладают наши враги, думаешь, они оставят Второй Материк в покое? Ты же знаешь: этих зверей нельзя насытить. Рано или поздно, но они заявятся и сюда.

– Скорее рано,– согласился Дан задумчиво.– Годика через два‑три, как только осядет пыль на вашем пепелище.

– И что тогда станет с тобой, с ненаглядным твоим Гером. с дорогими тебе диланами? По‑твоему, вас снова защитит Лес, как при первом вторжении? А если теперь огров поведет Рэй, постигший здешний мир как никто?

– Да, картинка не радует,– вздохнул старший Тигр. ‑Уж убеждать ты умеешь – зря прибеднялся. Мне даже и возразить нечего.

– Потому что ты играешь в поддавки,– проворчал младший.– Думаешь, не вижу? Все это ты и сам знаешь прекрасно, а сверх – еще многое, о чем я понятия не имею. Испытываешь меня,да?

– Не без того, братик, не без того.