– А ведь говорил, что научился прощать,–.напомнил он.

– Только не такое,– отказался Эри.– Вот это уже – за гранью.

– Н‑да, действительно,– пробормотал Дан. И оба, не сговариваясь, поглядели на девушку, безмятежно спящую между ними. А заодно вспомнили немало, каждый свое.

Все‑таки Дан слишком размяк от всплывшей картинки, потому что призрак тотчас спросил:

– Похоже, тут личные счеты, да?

– Видишь ли, братик,– ответил Дан, усмехаясь без веселости,– когда поживешь с мое, чужих детей иной раз воспринимаешь как собственных. Хотя вообще я не ощущаю тяги к отцовству. А помнишь, как ты переживал из‑за погибшего котенка?

– Забудешь такое,– поежился младший.– До сих пор слышу его голос. Ведь он звал меня – до самого конца. Словно это я был его родителем.

– Тогда ты поймешь. Конечно, многих покоробило бы такое сравнение. Но когда к зверям относишься как к людям, а не наоборот…

– Я понимаю.

– И потом, у меня к девочке долг.– Дан усмехнулся краем рта: – Еще один огрский предрассудок!.. Мне не следовало к ней привязываться, наверное, это и сгубило кроху. Не могу ручаться, но совпадение странное. Позже я выяснил: за ней приходил Родон – тот бесноватый Пес, что пытался расшатать Лес, и личный порученец Рэя. Честно сказать, сначала я решил, будто Родон… сам… Конечно, посчитался с ним сгоряча. О чем, впрочем, не жалею.

– Задрал, да? – спросил Эри с одобрением.

– Может, он и Волкодав,– ответил Дан, осклабясь.– Но Тигр оказался не по его зубам. Правда, разговорить Родона не удалось, он ведь впрямь бешеный… был. А может, из меня неважный дознаватель. Следовало обратиться к профессионалам, к тем же Псам.

Теперь младший покачал головой, возразив:

– Думаю, не стоило мараться.

– Затем картинка начала складываться,– продолжил Дан,– по пятнышку, по черточке. Но когда возникла определенность, Рэй успел улизнуть.

– Думаешь, успел? – усомнился призрак.– А может, просто поменял жаровню?

– Эксперимент покажет,– сказал Дан.– Хотя не верю я в высшую справедливость!

– Тут действует принцип: сделай сам. Кому‑то ведь надо ее проводить?

– Так я же не прочь.

И оба ухмыльнулись, глядя друг на друга, точно на отражение.

– Ладно, а что за способ? – поинтересовался Эри.– Как ты собираешься добраться до Рэя?

Во‑первых, у Найи полно родственников… сомнением призрак поджал губы, хмыкнул. Во‑вторых? – спросил он.

– Ты ведь толковал про “банк душ”? Так вот, всех своих диланов, здравствующих и умерших… а теперь и некоторых огров… здешний Лес держит в себе, внутри своего исполинского сознания, раскинувшегося на весь материк,– этакие ментальные копии, даже как бы живущие внутри него, способные общаться меж собой и с живыми. Не знаю, можно ли считать это душами…

– Хорошая копия всегда накрепко связана с оригиналом,– произнес юноша убежденно.– Поэтому я и могу бреноситься сутью к своим подружкам, если меня отражают в точности. И таким же образом, наверное. Хранители вершат некоторые из своих чудес – когда накопленные знания об объекте превышают некий порог. Возникает связь, понимаешь? В пространстве открываются Окна. Одни люди забрасываются невесть в какие дали, другие возникают рядом неведомо откуда прорываются молнии…

– Значит, и Лесная матрица Найи в первом приближении может сойти за душу,– заключил Дан.– Это обнадеживает, да?

– Но твоей девочке потребуется привязка к месту, иначе ты не сможешь ухватить нить. Весь Лес – это слишком расплывчато.