– А зачем мираж? – снова напомнил Дан.– Когда имеется такое тело, вдобавок бесхозное.

И они опять глянули вместе на Иту, раскидавшуюся на лежанке.

– Удачи! – пожелал Эри, растворяясь в воздухе медленно и эффектно, словно бы эти фокусы забавляли и его тоже.– Если что – зови.

Затем исчез, оставив Дана наедине с телом девушки.

А ведь за этот разговор я узнал куда больше, чем услышал! – вдруг осознал тот. Интересно, а насколько обогатился Эри? Черт возьми, наш малыш умеет устраиваться!..

Дану показалось, будто точеные губы Иты тронула нежная улыбка, совершенно не свойственная Спрутессе,– и по его телу пробежала дрожь.

А если и впрямь кто‑то пытается вселиться в брошенные покои? – подумал Тигр, обмирая. И почему это не может оказаться Найя, несчастная моя девочка? Конечно, тело великовато ей, и повадки у него иные, скорее хищные,– но тем занятнее может получиться сплав… Особенно .когда сама Ита соизволит наконец наведаться! – ухмыльнулся он. И что за смесь образуется тогда?

Драться‑то они, понятно, не станут. А выгонять на смертный холод тех, кто не способен противиться, наша ведьма вряд ли захочет.

3

– И каково тебе, братец, в кресле Главы? – поинтересовалась Ита, небрежно восседающая с голыми ногами на широком подоконнике, в распахнутом настежь проеме.– Разве не будит древние инстинкты?

Привыкшая к Лесной наготе, девушка упорно не желала надеть что‑то, кроме легкого платья,– а Эрик слишком ценил красоту, чтобы возражать. К счастью, в Тиберии к подобным вольностям относились проще.

Оттопыря нижнюю губу, Гир глянул под себя, на слепленное из резного дерева и литого металла кресло, больше смахивающее на трон, вдобавок помещенное на постамент и установленное в глубине зала. Огромный, выряженный в роскошные латы Спрут смотрелся в нем весьма внушительно и вполне уместно.

– К дьяволу! – буркнул он.– Вот идиотом себя чувствую – это есть. А инстинкты… Разве не пора ломать замшелые обычаи?

– Вот заделаешься императором, и ломай, что пожелаешь,– никто не пикнет. А до тех пор изволь терпеть. Это ведь не тебе нужно – подданным,

– А почему тебе не усесться сюда самой? – вкрадчиво спросил Гир.– А, сестричка? Ведь у нас почти равные права.

– Да потому, милый, что я исполняю не менее важную роль: служу гарантом твоей безопасности. Не так много безумцев в Империи, кои захотят променять тебя на меня. А потому убирать тебя вряд ли станут, пока не разделаются со мной. Но ведь меня, ты знаешь, прикончить непросто!

Наследник перевел вопрошающий взгляд на Эрика – тот кивнул, подтверждая. Впрочем, Гир и сам все прекрасно знал, и сейчас просто искал лазейку, чтоб увильнуть от навязываемой ответственности. Ему отчаянно не хотелось влезать во власть, и Тигр вполне ему в этом сочувствовал. Да только лазеек, похоже, не было.

– Но никто же не доказал, что Ун погиб? – ухватился Гир последний довод.

– А на сей случай, любезный родич, существует стандартнaя процедура,– сообщил Сид, знающий такие тонкости досконально.– Тут же все регламентировано с незапамятных времен! Сперва ты побудешь Исполнителем, разумеется, с полным набором полномочий. А когда пройдут сроки…

Вдвоем с малышкой Юкой – впрочем, на диво подросшей в благодатном климате Тиберии, расцветшей в утонченную красавицу,– принц разместился в тени охранной ниши, впихнув туда пару пышных пуфов. Как видно, побыв недолгое время возможным кандидатом на трон, он научился осторожности и не собирался дарить злопыхателям ни одного лишнего шанса.

– И сколько продлится эта бодяга? – спросил Гир с унылой миной.