— Жена? — нараспев проятнула Морана. — Жена та, что постель мужу согревает, подушки взбивает и ласками усыпляет. Я — жена. Не по закону, так по сути.

Виорика сглотнула слезы, но ничего не ответила. Главное, до отчего дома доехать, а там защиту получит. По всему миру расскажет, как князь валашский со своей законной женой обошелся. Живот скрутила боль. Виорика охнула и согнулась.

— Святой отец, — Морана издевательски обратилась к священнику. — Не думаю, что нужно задерживать нашу пугливую пташку. Она, кажется, куда-то собиралась? Пусть идет. Кто мы, чтобы препятствовать супруге нашего сиятельного князя?! Иди, твое величество! — Морана облизнула губы, словно змея показала язык.

«Здесь какой-то подвох, — подумала Виорика, — они не должны меня отпускать, ведь я знаю о них все. Стоит только пошевелиться, и оба набросятся на меня». Она вдруг заметила, что на священнике нет креста.

— Где ваш крест?

Тот испуганно посмотрел на Морану, но все же нашел в себе смелость ответить:

— Мой крест в душе.

Морана поморщилась:

— Не стоит притворяться, святой отец… Тебе понравилась кровь…

Виорика зажала рот рукой и бросилась вон. Скатилась по лестнице, забыв про лошадь и припасы, бросилась к воротам, которые уже закрывались на ночь. В последний момент проскользнула в узкую щель, едва не порвав теплый плащ.

— Куда? — спохватился один из стражников.

— Оставь, — отмахнулся второй. — На свидание горлинка летит, что уж нам мешаться.

Ворота захлопнулись.

Виорика оглянулась — вокруг никого. Подхватив длинные юбки, бросилась бежать, не разбирая дороги. Над ней с противным писком кружилась большая летучая мышь.

Беги, Виорика, беги!

Беги, Виорика, беги!

Ебата посмотрел вслед испуганной княгине. Надо же, как быстро бежит красотулечка, только каблучки и мелькают. Пусть укроется. Тем интереснее будет охота.

Ебату Виорика больше не интересовала, он ею вполне насытился. Самое время убить, но без княжьего дозволения не посмеет.

— Любуешься? — сзади неслышно подошла Морана.

— Ты напугала? — Ебата как бы невзначай положил ей на талию руку.

Морана усмехнулась.

— Не твое, так и не лапай. Одного не пойму: ты же к княгине клинья подбивал, а теперь на потеху бросил.

— Надоела, — усмехнулся Ебата. — Вот как и ты надоела Дракуле.

— Неправда, — взъярилась Морана. — Он только сегодня со мной был!

— А вчера жену законную посетил. Три часа в постели кувыркались. Так стонала от страсти, что и в лесу можно было услышать. Только ты на время оглохла.

Орана в ненависти кусала губы.

— Вот потому и надоела. Одно дело, когда совершенно моя. И совсем другое, когда нужно делиться, пусть и с мужем законным. Эй, куда направилась, красотулечка? Может, повеселимся?!

— Твое величество, твоя жена бежала из замка!

— Я знаю, и что с того?

— Она оскорбила твое величество.

— Она маленькая девочка, которой страшно. Когда человеку страшно, он всегда бежит.

— Но она усомнилась в тебе!

— Оставь, Виорика не враг тебе…Пусть идет, куда хочет. Я и так пред ней виноват.

Морана упрямо помотала головой. Ее ноздри жадно раздувались, глаза горели от предчувствия славной охоты.

Дракула коротко взглянул на нее:

— Если так хочешь, тогда иди… Не смею мешать.