— Твои, похоже, — хмыкнул Коробков, намекая на мою принадлежность к зэка.

— Мне вот интересно, — я пропустил подкол мимо ушей, — если мы все рождены в пробирках, откуда у них взялись партаки?

— Видимо, специально набивали, чтобы не вызывать подозрений, — пожал плечами Коробков. — Чё делать-то с ними будем?

— Разговаривать, — вздохнув, ответил я. — Этих двоих я знаю, так что сложностей быть не должно.

— Откуда?

— Бля, Короб, не тупи, а? — раздражённо бросил я и присел на корточки перед своим пленным.

Кажется, его звали Краплёный, из-за того, что в тюрьму он угодил уже с кучей татуировок. А может, на то имелись и другие причины, сейчас это неважно. Второго я тоже узнал — Гвоздь, упрямый и несгибаемый. Начинать разговор с него не имело смысла, будет упираться до последнего, даже если вспомнит меня. А бить и тем более пытать пленных мне не хотелось.

Я как следует растёр уши Краплёному и, побрызгав водой ему на лицо, постучал по щекам. Через пару секунд его веки вздрогнули, но вместо радости от встречи он вдруг перевалился набок и вывернул желудок. Кажется, я перестарался, когда выключал его сознание. Надеюсь, челюсть не сломана, потому как выглядит она не очень.

— Эй, слышишь меня? — спросил я, высвечивая фонариком его рожу.

— О-о-ох, — вместо ответа простонал он и снова начал закатывать глаза.

— Может, его стимулятором кольнуть? — предложил Коробков.

— А он от него не сдохнет? У него сотряс, похоже.

— Ой, да чё ему будет? — беззаботно отмахнулся капитан и вытянул небольшую аптечку из подсумка на поясе.

Вскоре Краплёный уже моргал глазами, силясь рассмотреть нас через свет, направленного в его рожу фонарика. Я решил, что нет смысла таиться, и на какое-то время отвёл луч от его лица, а затем направил на себя.

— Узнал? — спросил я.

— Бля, Тень, ты, что ли? — хриплым голосом поинтересовался Краплёный.

— Угу, — кивнул я и разместил свет таким образом, чтобы он никому не мешал.

— Слышь, братан, развяжи, а?

— Попозже. Вначале ответь на пару вопросов.

— Да мы же не со зла. — Видимо Краплёный сообразил, на какую тему состоится беседа. — У нас сигналки сработали, ну и мы пошли проверять. А потом глядим, а из трясины двое выходят. Прикинь, как мы охуели⁈

— От чего?

— От того, что вас грязевики не тронули. Нет, понятно, что у них ещё не сезон, но вот так, внаглую к ним лезть… Такого я ещё не видел.

— А бабы откуда?

— Да наши это, — хмыкнул Краплёный. — Мы когда на разведку ушли, на их лагерь набрели. Прикинь, как мы охуели?

— Ясно. От нас что хотели?

— Понять, кто вы, что вы? Здесь людей давно не бывало.

— А раньше?

— Чё? — не понял вопроса он.

— Раньше у вас люди бывали?

— А, не, — помотал головой он. — Мы только. Ну, у местных здесь ещё посёлок неподалёку.

— Местных? — Теперь я не совсем понял, о чём он, хотя кое-какие догадки всё же имелись.

— Ну да. Они стрёмные, конечно, но в целом мирные. К нам особо не лезут, так, торгуем потихоньку. Прикинь, как мы охуели, когда их впервые увидели? Ой, а ты, может, и не в курсах вообще. Бля, да развяжи ты уже.

— Что думаешь? — покосился на Коробкова я.

— Потерпит, — отмахнулся капитан. — Лагерь ваш в какой стороне?

— А ты чё за хуй? — поинтересовался Краплёный.

— Тот, который тебе уши сейчас отрежет, если говорить не начнёшь.

— Да тихо ты! — осадил приятеля я.