-  Эти развлечения в Кейджералию могут быть довольно опасными, - заметил Фламиниус, перевязывая мне руку куском чистой белой материи.

    -  Верно, - не мог не признать я.

    Даже сюда, в кабинеты медиков, доносились из разных концов дома Кернуса смех и шумная возня в загонах подвыпивших рабов и беготня не на шутку расходившихся, неистощимых на выдумки охранников, развлекавшихся кто во что горазд.

    -  Это уже шестая ножевая рана, с которой ко мне обращаются за сегодняшний день.

    -  Вот как? - удивился я.

    -  Да, - кивнул Фламиниус - А ваш противник, я полагаю, уже мертв? - поинтересовался он.

    -  Нет, - ответил я.

    -  Ну да! - не мог поверить Фламиниус.

    -  Я получил это ранение в комнате Суры, - пояснил я.

    -  Ну и девчонка! - расхохотался он и поглядел на меня, криво усмехнувшись. - Но думаю, госпожа Сура кое-чему научилась за сегодняшний вечер?

    Я вспомнил свой прочитанный ей краткий курс по игре и уверенно кивнул.

    -  Да, в этот вечер Сура узнала много нового.

    Фламиниус удовлетворенно рассмеялся.

    -  Это такая дерзкая рабыня! Я бы, признаться, и сам занялся ею, но, боюсь, Хо-Ту это вряд ли бы понравилось. Он относится к ней с болезненной ревностью, представляете - к ней, рабыне! Кстати, Хо-Ту вечером искал вас.

    -  Я знаю.

    -  Остерегайтесь его, - предупредил Фламиниус.

    -  Не думаю, чтобы Хо-Ту осмелился как-нибудь обеспокоить Кууруса из касты убийц, - ответил я, поднимаясь на ноги.

    Фламиниус посмотрел на меня с усиленным винными парами благоговейным ужасом. Затем с подчеркнуто уверенными движениями встал, подошел к сундуку, извлек из него большую бутыль паги, откупорил её и, к моему удивлению, наполнил два кубка. Затем с задумчивым и каким-то отрешенным видом он отхлебнул из одного кубка и, подержав жгучую жидкость во рту, не меняя выражения лица, позволил ей продолжить свой путь в желудок. После этого лицо его тут же просветлело.

    -  Судя по тому, что я видел и слышал о вас, - заметил я, - вы кажетесь мне мастером своего дела.

    Он протянул второй кубок мне - мне, носящему черную тунику!

    -  К четвертому году правления Марленуса я уже считался лучшим представителем своей касты во всем Аре.

    Я отхлебнул глоток из предложенного мне кубка.

    -  А затем вы открыли для себя пагу? - невинно предположил я.

    -  Нет.

    -  Несчастная любовь?

    -  Нет, - улыбнулся Фламиниус, - тоже нет, - он вторично приложился к кубку. - Я начал заниматься поисками средств борьбы против дар-косиса.

    -  Но ведь дар-косис неизлечим.

    -  Одно время, сотни лет назад, люди моей касты действительно прямо заявили об этом. Но некоторые им не поверили и продолжали свою работу. Результатом их исследований стала стабилизирующая сыворотка.

    Будучи болезнью заразной, распространяемой, очевидно, каким-то вирусом, дар-косис, называемый в простонародье священной или, в зависимости от отношения к ней, проклятой болезнью, представлял собой настоящую трагедию для Гора. Пораженные ею - или попросту «проклятые» - считались отверженными, и им категорически запрещался доступ в общество нормальных здоровых людей.