|
Он спустился в кубрик, закрыл люк у себя над головой и оказался в полумраке. Значит, Блини... Он разорвал в клочья подвернувшуюся под руку майку, бросился на койку и снова заплакал, сам с собой говоря на родном языке... Вдруг он нащупал в кармане что-то твердое - это были купюры! А он-то ведь ни о чем не догадывался! Уходил, оставлял их в салоне за карточной игрой, за ребяческой стряпней! По вечерам, возвращаясь, он видел Блини на койке, и ему и в голову не приходило, что немного раньше... - Капитан! Эй, капитан! На этот раз это был Тони, ему надо было знать, понадобится ли моторка. Владимир вышел на палубу, глаза его были красными от слез; Эдна сидела на крыше рубки. - Что с ней творится? - спросила шведка, показывая на салон. - Захлопнула дверь у меня перед носом, кричит, что никого не хочет видеть. Идете на виллу, Владимир? Он сам не знал. Пошел переодеться, но бриться не стал. Да, он пойдет на виллу! А вот что он там делать будет - сам не знал. Когда он ступил на сходни, люк салона опять открылся. - Владимир! Он бросился туда. Элен так с утра и не переоделась, лицо ее было все таким же измученным и неподвижным. - Так я могу на вас рассчитывать? Он кивнул, чтобы успокоить ее. Но сам ничего еще не знал, еще не задался этим вопросом. - Хорошо! Если вы не сдержите слова, я всегда успею... Эдна ждала его на набережной, возле машины. Лили улыбалась ему с террасы кафе Полита, и улыбка эта была ему отвратительна. - Вы здорово напились вчера вечером? - спросила Эдна, внимательно глядя на него. - Может быть. - Смотрите, заболеете от этого в один прекрасный день - что тогда? Вы никогда не болели? - Нет! Машина мчалась. Дезирэ вел ее, равнодушно повернувшись к ним спиной. - А мне когда-то делали операцию аппендицита... Он злобно посмотрел на нее. Зачем она говорит об операциях, в то время как... - Это был лучший хирург в Стокгольме, и все-таки я чудом осталась жива! Как он ее ненавидел! Ненавидел машину, Дезирэ, виллу, куда они ехали! Ему казалось, что вот сейчас он набросится на Жанну Папелье, лежащую на кушетке, встряхнет ее, закричит; “И вам не стыдно? Вот что случилось по вашей вине!” Солнечные лучи чуть ли не отвесно падали в сад, который расцвел как никогда прежде, садовник подкладывал на клумбы чернозем, привезенный на тачке. В прихожей Владимир заметил трость г-на Папелье в подставке для зонтиков. Он поднялся наверх. Кушетка Жанны стояла на террасе второго этажа, муж ее, в летнем шелковом костюме, сидел рядом с ней. - В чем дело, Владимир? - спросила Жанна, едва завидев его. - Ни в чем! Она внимательно посмотрела на него, а муж только кивнул ему. - Ты что-то скрываешь. Что случилось? - Уверяю вас... - Врешь еще хуже, чем Блини. Ладно, сейчас все расскажешь. Вели мадмуазель Бланш подать мне сюда шампанского. Сиделку он еще не видел. Застал ее в ванной комнате. Она с любопытством уставилась на его опухшее лицо и затуманенные глаза. - Что с вами такое? - Ничего! Мадам хочет шампанского. Ему нужно остановиться, вот и все! Сесть, все равно где. |
