— Но ведь что-то вынудило тебя высказаться так. Мы все временами говорим то, чего не должны. И здесь главное — найти в себе силы признать это. Поговори с ним.

— Здесь все гораздо сложнее, чем ты думаешь, бабушка. — Стефани глубоко вздохнула. — Все… очень сложно.

— Потому что он был твоей первой любовью?

— Ты знаешь?

— Ну, надо быть слепой и очень глупой, чтобы не знать, дорогая!

Стефани похолодела. Она же была так осторожна, ждала, пока спальня дедушки и бабушки погрузится во тьму, и только потом тихонько уходила из дома, чтобы встретиться с Матео.

— И ты не старалась остановить меня?

— Разве можно остановить девятнадцатилетнюю девушку, — засмеялась бабушка, — когда она вся краснеет при упоминании имени одного красивого молодого человека или при его появлении?

— Ах… это! — Щеки у Стефани горели.

— Да, это. А ты что подумала?

— Я… не знаю. Я чувствую себя такой дурой.

— Потому что однажды ты влюбилась в Матео де Лука или потому что боишься, что влюбишься вновь?

Бабушка права. После нескольких лет упорядоченной жизни и относительного спокойствия, ее судьба вдруг снова стала выходить из-под контроля. Оказалось, что любовь не прошла. Достаточно было увидеть Матео рядом с Коринной, как ревность заставила ее сказать обидные слова.

— Ах, бабушка! — вздохнула Стефани. — Это настолько очевидно?

— Боюсь, что да. И это возвращает меня к вопросу о твоих планах по этому поводу.

— Я ничего не могу поделать. Он явно не испытывает ко мне подобных чувств.

— Возможно, потому, что ты воздвигаешь барьеры, не давая ему возможности узнать, какая ты на самом деле.

— И это тоже. Настоящая я окажусь для него еще более отвратительной, чем он думает.

— Стефани, ты взрослая и умная женщина, но иногда говоришь ужасные глупости! Мужчина не оставлял тебя в покое с первой минуты, как ты появилась на этом острове. Он показывает, что ты ему небезразлична. Почему же ты не можешь воспользоваться случаем?

— Потому что слишком поздно. Я поняла это сегодня днем.

— Пока живешь и дышишь, ничего не поздно. — Бабушка обхватила руками лицо Стефани и заглянула ей в глаза. — Ты говоришь, что не хочешь разочаровывать меня, хочешь, чтобы это время осталось в памяти у твоего дедушки и у меня. Что ж, милое дитя, пустых слов мало. Постарайся сделать что-нибудь, чтобы это было так.

— Броситься к Матео, когда он ясно дал знать, что не хочет иметь со мной ничего общего? Это шантаж, бабушка!

— Я предпочитаю назвать это разумным советом. — Взглянув на часы, старая женщина поднялась с дивана. — Иди к нему, дорогая, — мягко сказала она. — Поговори с ним, все объясни. Что ты теряешь?

Глава шестая

Стефани могла потерять все. Ведь речь шла не только о ней и Матео, правда касалась еще и Саймона. Ей предстояло сделать выбор — открыть правду, которая может привести их всех к несчастью и разбить им сердца, или и дальше жить в страхе, что обман раскроется.

Эндрю взял Саймона побродить по пляжу. А что, если они повстречают Матео? Он и так уже заметил, что мальчик слишком крупный для своего возраста. А что, если он прямо спросит, когда Саймон родился? Что, если сейчас, пока она расхаживает по балкону, это уже происходит и ее сын выбалтывает сведения, которые непреднамеренно раскроют ее тщательно охраняемую тайну?

Стефани вздрогнула, словно физически почувствовала горячий и острый гнев Матео. И все-таки совет бабушки открывал заманчивые перспективы.