– Понятно, сэр, – мрачно ответил Джим.

– Крепись, – продолжил генерал, – это еще только начало. Тебе не только не дадут покидать базу, тебе еще и на базе не позволят ходить куда попало и общаться с кем попало. Ты переедешь в особое жилое помещение при этой лаборатории, о которой я говорил; Мэри и ее команда живут там же. А в рабочее время ты будешь при мне – я лично за тебя отвечаю.

– Сэр, но вы же не можете выводить эскадрилью на границу вместе со мной! – возмутился Джим. – Стрелок‑генерал, разве такое бывает? Эти шишки, о которых вы говорите, не могут такого требовать!

– А они и не требуют, – буркнул Моллен. – Не я буду с тобой, а ты со мной.

Джим сначала не понял, что генерал имеет в виду. Наконец он в изумлении уставился на своего собеседника.

– Сэр, не может же... Вы что, хотите сказать, что меня отстраняют от полетов?

– Именно, – ответил Моллен. – С завтрашнего дня ты въезжаешь в офис в моем штабе и занимаешь пост начальника секции.

– Но, сэр, – сказал Джим, – должен же быть какой‑то другой способ! Я пилот, я ничего не знаю о штабной работе. Разве нельзя...

Но Моллен уже не слушал. Он скользил взглядом по комнате явно в поисках официанта. Официанта не было, но уже через минуту дежурный покинул свой обычный пост у входа и поспешил к ним.

– А, Свен, – сказал ему Моллен, – не хотел тебя беспокоить, но не мог бы ты подойти к Мэри Гэллегер – ты ведь ее знаешь? Отлично! Спроси ее, не присоединится ли она к нам на пару минут? Долго мы ее не задержим, так ей и скажи.

– Конечно, генерал.

Дежурный отправился исполнять поручение. Они увидели, как он наклонился к Мэри Гэллегер, и через минуту она и ее спутник отодвинули стулья и встали из‑за стола.

– Черт побери, а верный пес ее мне зачем? – проворчал Моллен.

Но майор со шнуром просто проявлял вежливость. Мэри направилась к ним через площадку, а он снова сел за стол. Джим и Моллен в свою очередь поднялись на ноги. Мэри подошла к ним, и они все вместе сели за стол.

– Джим только что из отпуска, – сказал Моллен Мэри. – Я как раз ему объяснял, что он поселится у вас и будет командовать секцией в штабе. Конечно, Джим, мы заодно сделаем тебя полковником.

– Да я бы лучше остался майором, сэр, – отозвался Джим.

– Все еще надеешься вернуться к своей эскадрилье? Не беспокойся, если уж представится возможность, мы тебя и так пошлем, даже если ты будешь первым подполковником, когда‑либо командовавшим пограничной эскадрильей из пяти кораблей.

– Спасибо, сэр, – ответил Джим, не особенно вслушиваясь в то, что говорит генерал. Он смотрел на Мэри. На ней было светло‑голубое коктейльное платье, из‑под рыжеватых волос виднелись серьги в виде неровных обломков камня наподобие аквамарина.

Ей это шло, у нее была хорошая фигура. И Джим снова подумал, что это женщина абсолютно не его типа. Ее лицо с правильными чертами и голубовато‑зеленые глаза постоянно бросали вызов всему миру, в том числе и ему, хотя для этого не было причин.

Сейчас, правда, она выглядела усталой.

– Вы, похоже, зря времени не теряли, – сказал он ей, не придумав ничего лучшего. Моллен наконец поймал официанта и послал его за бокалом того же белого вина, что Мэри пила за своим столиком.

– Верно, – ответила Мэри, – но зато теперь мы все наладили, и дела сдвинулись с места. Я вас часто дергать не стану, но время от времени будут возникать проблемы, и нам понадобится ваша помощь, если вы не против.