Седовласая секретарша ответила что‑то неразборчивое.

– Доктор Нейс? – резко переспросила Мэри. – Он еще не пришел?

Из устройства донесся еще менее разборчивый ответ.

– Сообщите мне, когда доктор Нейс придет, – Мэри снова выделила докторское звание. – Спасибо, Ола. Да. Нет, ничего. Просто не забудьте сообщить.

Она снова посмотрела на Джима и Моллена.

– С доктором Нейсом вы скоро познакомитесь, Джим. Теперь он будет за вами присматривать. Обращайтесь к нему с любыми медицинскими проблемами, даже если порежетесь бумагой, открывая конверт.

– Ты понял, Джим? – поинтересовался Моллен. – Это приказ. И вообще, запоминай все, что Мэри велит тебе сделать; с настоящего момента это имеет силу моего приказа.

– Да, сэр, – сказал Джим. – Но... – Он прервался и начал заново: – Извините, – обратился он к Мэри, – но я не понимаю, зачем мне сближать мой разум с вашим, или как вы это называете.

– Просто чтобы я могла как можно ближе наблюдать ваш контакт с Пенаром. – Ее прервало переговорное устройство, из которого снова донеслись неразборчивые звуки.

– Да? – сказала она. – Ну так пригласите его.

Дверь из приемной открылась, и в кабинет вошел невысокий худой мужчина лет тридцати с прямыми черными волосами и резкими чертами лица. При ходьбе он слегка наклонял верхнюю часть тела вперед, словно бы упрямо стараясь выжать как можно больше из своего роста.

– Это доктор Эймос Нейс, – представила его Мэри. Джим поднялся на ноги, не зная, как следует приветствовать вновь пришедшего. Нейс подошел к нему, и они пожали друг другу руки. Рукопожатие у Нейса было твердое и энергичное до нервозности, как и весь его облик.

– Так вы Джим Уандер, – сказал Нейс. В его выговоре слышался акцент восточного побережья.

– Верно, – ответил Джим.

Они снова сели, Нейс справа от Джима.

– Ну так мы готовы? – спросил Нейс у Мэри.

– Да, готовы, – ответила Мэри. – Это не значит, что мы можем начать в ближайшие пять минут...

Ее снова прервало переговорное устройство.

– Ах да, – сказала она секретарше, – я забыла вас предупредить, что попросила его тоже зайти сегодня утром. Попросите его войти.

Дверь опять открылась. Вошел крупный мужчина с избытком веса даже для своего роста. Лицо у него было квадратное, со вздернутым носом, каштановые волосы подернуты сединой.

– Присядьте, Колин, – сказала Мэри с куда большей теплотой, чем при обращении к Нейсу. – Это Джим Уандер. Джим, это Колин Истои. Он будет занимать мое место, пока я сконцентрируюсь на работе с вами и доктором.

Колин тяжелой поступью подошел к Джиму, пожал ему руку и сел с другой стороны.

– Итак, – сказал он. Голос у него был неожиданно низкий для такой дружелюбно‑легкомысленной внешности. – Мы готовы начать?

– Эймос как раз об этом спрашивал, – отозвалась Мэри. – Спасибо, что подошел. Как скоро ты можешь подменить меня?

– Да хоть сейчас, если хочешь, – уверил ее Колин. – Мой отдел уже несколько недель функционирует сам по себе. Тебе, конечно, придется просветить меня насчет новейших данных, если появилось что‑то, что мне нужно знать.

– Мы займемся этим сегодня, – сказала Мэри.