– Он самый. – Князь пристально взглянул на Кэролайн.

Дэвисон заметил их и издали кивнул князю.

«Интересно, знает ли Энтони, что его отец – завсегдатай борделя?» – подумала девушка. А Северьянов еще считает женщин непостоянными и лицемерными!

– Я видел в гостиной сэра Томаса Вудхэвена, – заметила она.

– Вас, наверное, это шокировало?

– Он не раз говорил – причем с большой убежденностью! – о падении нравственных принципов в нашей стране. Вудхэвен публично призывал бороться с пороками, разъедающими общество, к числу которых, несомненно, относятся и утехи в борделе! – Ее глаза сверкнули. – Для меня он был своего рода героем.

– Сожалею, что вам пришлось снять розовые очки, – усмехнулся Северьянов. – Безгрешных людей нет, Чарльз. Боюсь, ваши иллюзии чреваты большими разочарованиями.

– А что здесь делает Стюарт Дэвисон?

Князь подозвал лакея и заказал два бокала портвейна.

– Полагаю, то же самое, что собираемся делать и мы, – ответил Северьянов.

Их взгляды встретились, и Кэролайн буквально утонула в его глазах. Запретные эротические сцены снова замелькали в ее воображении: Северьянов, страстно обнимающий женщину. Потом вдруг на месте незнакомой женщины оказалась она сама,

– Впечатлений, полученных здесь, вы не забудете никогда, – тихо проговорил князь.

Кэролайн, пораженная его словами, постаралась утихомирить свое разыгравшееся воображение. Она ни за что не станет наблюдательницей, как бы ни было велико искушение. – Князь, – пробормотала Кэролайн, – я понимаю ваши намерения, и мне это… интересно. Но я не желаю видеть, чем вы будете заниматься с одной из этих женщин. Это од грешно.

– Неужели вам не претит ханжеская мораль? Такому просвещенному молодому человеку, как вы?

– С моими моральными принципами все в порядке. Я придерживаюсь нормы, а вот вы – нет! Он рассмеялся.

– Князь, я говорю серьезно. То, что вы предлагаете мне, гадко.

– Ничуть, юный Чарльз, это практикуется постоянно. Здесь даже есть специальные комнаты с зеркалами, сквозь которые можно видеть все из смежной комнаты. Они то и предназначены для созерцания эротических сцен.

– Неужели?!

– Да, – весьма удовлетворенно подтвердил он.

Кэролайн охватило смятение. Она не может, не должна соглашаться!

Северьянов внезапно поднялся и обнял несколько поблекшую, но все еще миловидную блондинку в элегантном шелковом платье лавандового цвета. В ушах и на груди у нее сверкали бриллианты.

– Как поживаешь, Клэр? – спросил он с улыбкой.

– Ники, ты? Какая приятная неожиданность! – воскликнула та и бросила взгляд на Кэролайн. – Мы не виделись несколько лет, дорогой мой, – сказала Клэр Рассел.

– Да, давненько. – Князь внимательно оглядел Клэр. – Ты прекрасна, как всегда. Она усмехнулась.

– Полно тебе, я стала на десять лет старше, а вот ты почти не изменился. Даже если бы мне не сказали, что ты здесь, я узнала бы тебя сразу.

– Позволь представить тебе моего юного друга Чарльза Брайтона. – Князь обернулся к Кэролайн. – Брайтон, это мадам Клэр Рассел.

Девушка вскочила, избегая встречаться с испытующим взглядом женщины.

– Рад познакомиться, – пробормотала она.

Глаза у Клэр были слишком умными, слишком проницательными, и Кэролайн испугалась, что мадам Рассел не обманет ее маскарадный костюм. И что означают столь теплые отношения между князем и этой женщиной? Может, у них когда то была любовная связь? Кэролайн вполне допускала это. Она сразу заметила, что Клэр Рассел из тех женщин, чья красота не меркнет с годами. Кэролайн ощутила укол ревности.