— Тогда — за шансы. — Олег отсалютовал мне кулаком и пододвинул сковородку с картошкой. — Ты закусывай. Чую, сидеть нам с тобой еще долго.

ГЛАВА 30

В кабинете было темно. Кто-то погасил свет — наверняка часа через три после официального окончания рабочего дня. Или Света, или кто-то из безопасников. Видимо, решили, что погрузившемуся в вирт с самого обеда председателю совета директоров нет никакой пользы от работающих вхолостую ламп.

Почему бы и нет. Тоже экономия — хоть энергосберегающие системы почти ничего и не жрут…

Павел Викторович нащупал над ухом крохотную горошину беспроводной гарнитуры, и компьютер на столе тут же ожил, поприветствовав владельца тусклым светом монитора, на котором застыло меню внешнего интерфейса.

«Гардарика». Вещь в себе. Гениальное творение Алекса Романова, спрятавшего внутри ключик к бессмертию. Но чтобы добраться до него, сначала придется отыскать десять других ключиков. Как в старой сказке: смерть Кощея — в игле, игла в яйце, яйцо в утке, утка в зайце, заяц… еще где-то — и так далее.

А сам Кощей таки стал Бессмертным, удрав туда, куда власть Павла Викторовича уже не дотягивалась. И не помогала ни навороченная система, обеспечивающая стабильное погружение в виртуальную реальность, ни прикормленные кланы из десятков высокоуровневых мордоворотов, ни почти неограниченный запас внутриигровой валюты, ни даже доступ к тайным схронам, куда ветераны «Гардарики» стаскивали драгоценные артефакты еще с самого альфа-теста.

Игроки прокачивались, кланы обретали могущество, побеждали целые армии, скидывали древние династии местячковых правителей — а мир продолжал жить. Приспосабливался, прогибался, ломался и снова восстанавливался, упорно отказываясь принимать навязанную извне волю.

Он умел ждать. И дождался, радушно распахнув свои объятия пришедшему из ниоткуда конунгу по прозвищу Сивый. Целая бригада аналитиков до сих пор только и могла, что разводить руками — ничего похожего на внятное объяснение они так и не придумали. Но факты говорили сами за себя: что-то реально изменилось, только когда Павел Викторович отложил дела корпорации и лично нырнул в вирт, чтобы возглавить команду игроков, которую собирали ему безопасники с самого релиза два с лишним года назад. Когда прошел — пусть и с топовыми «паровозами» — путь от первоуровневого дохляка до кланлида.

Когда своими руками снес голову Ульвару по прозвищу Черного Копье и пообещал северянам спасение от наступающих холодов и безбедную спокойную жизнь на землях Империи. Когда провел армаду из нескольких сотен кораблей через бушующие ледяные волны, каждый теряя драккары среди льдов. Когда победил армию Императора и за неделю захватил столицу. Когда сломил волю горделивых мятежных баронов, заставив их склониться перед новым владыкой.

Когда в первый раз коснулся холодных, как лед, древних осколков — и решил больше никогда не выпускать их из рук.

Только тогда — и только так. Ни яйцеголовые стратеги, ни их могучие программы, способные за пару секунд просчитать развитие событий на недели вперед, не смогли справиться с тем, что конунг Сивый сделал за какие-то полторы-две недели.

— Дармоеды… — по привычке проворчал Павел Викторович, нашаривая на подлокотнике кресла нужную кнопку. — Всех разгоню на хрен.

Электромотор негромко зажужжал, и спинка мягко подхватила одеревеневшее от долгих часов в вирте тело, возвращая его в вертикальное положение. Павел Викторович помотал головой, отгоняя до сих пор стоящие перед глазами кадры из игры, и приказал голосовому помощнику включить свет.

— Да твою ж налево… — пробормотал он, пододвигая поближе разложенные на столе бумаги. — А это откуда?.