— Прогноз на неделю… — Павел Викторович чуть прищурился, вглядываясь в картинку на экране. — На две недели… Назад! На десять дней.

Вот оно. Огромный кривой прямоугольник, охватывавший земли склафов и большую часть Империи, уменьшился до крохотного квадратика. И Павел Викторович уже знал, что попадет прямо в середину — даже до того, как умная машина закончила перестраивать изображение.

Прашна. Именно там все и закончится. Антон может сколько угодно прятаться на умирающих землях, бегая от отрядов наемников — рано или поздно ему все равно придется прийти к неприступным каменным стенам. И погибнуть. У него больше нет армии, которая могли бы взять город штурмом.

Это ровно половина всего… но есть еще и вторая: оставшиеся части «Светоча», мастер-ключа от всей Системы и алгоритма оцифровки сознания. Аналитическая программа выдавала семнадцать процентов вероятности того, что один из осколков остался по эту сторону гор, на западе.

Но чутье подсказывало обратное: Павел Викторович победил и повесил достаточно имперских баронов, возомнивших себя верными слугами павшей династии, борцами за веру в Двуединого или за свободу своих земель. И ни один — и из покойных, и из еще живых — на обладателя осколка просто-напросто не тянул.

И именно поэтому все скоро закончится единственно возможным образом. Антон собрал больше пяти кусков древней железки с вероятностью семьдесят четыре и три сотых процента — если верить компьютеру. Но это неважно. Мир будет сжиматься и дальше, и даже если на землях склафов еще и остались заветные осколки, их обладатели непременно попадутся Антону.

А потом он сам принесет их к Прашне на блюдечке с голубой каемочкой — просто потому, что идти ему будет больше некуда. Так что самое время отозвать отряды с той стороны гор, плюнуть на возню у понемногу подыхающих окраин Империи, собирать хотя бы часть войска — трети хватит с избытком — и двигаться к городу.

— Вот так, Антошка. — Павел Викторович протянул руку и легонько ткнул пальцем в середину монитора. — Тут-то я тебя, родной, и поймаю.

Если хватит сил. Просто продержаться, неделю, десять дней — максимум. Не отвлекаться на интриги уцелевших придворных, не беречь силы, не ловить по лесам недобитков, которые славят Старых богов — просто дойти до Прашны, окопаться там и ждать.

Ничего не делать… но не оставлять вирт, черт бы его побрал!

Потому без конунга Сивого все тут же развалится. Проснется какой-нибудь древний вулкан, повылезают из-под земли ходячие мертвецы, объявится рожденный от шлюхи бастард последнего Императора, взбунтуются оголодавшие северяне — что угодно! Система может в любой момент снова изменить правила и задрать «уровень сложности» в сто раз выше текущего максимума — и тогда каждая секунда промедления грозит превратить верную победу в неминуемое поражение. Осколки кое-как держат ее — но им, похоже, нужна непрерывная подпитка от носителя. Приток жизненных сил, тепла, дыхания… или крови.

Той самой, которая в последние дни все чаще хлещет из обеих ноздрей на важные документы.

ГЛАВА 31

— Думаешь, нам стоит спуститься туда? — Рагнар оперся на камень и прищурился, вглядываясь в предрассветную дымку. — Или твой… друг подскажет другую дорогу?

— Все дороги ведут в Прашну, — отозвался я. — И едва ли мы отыщем ту, по которой сможем пройти незамеченными.

В нескольких сотнях шагов впереди виднелись огни.