Наказать. Показательно, беспощадно и немедленно, не дожидаясь, пока местные сделают из выжившего из ума мелкого феодала икону сопротивления и примутся резать наместников конунга в каждом паршивом поселке. И прикончить его лично, а не отправить очередного бестолкового кланлида — даже если ради этого придется чуть замедлить движение войско к Прашне.

Корабль под названием «Империя конунга Сивого» давал течь за течью — и некоторые приходилось затыкать собственными руками.

— Черная хворь, конунг. Это женщина… была.

Голос впереди вырвал Сивого из тягостных размышлений. Воин в легких доспехах брезгливо перевернул мертвое тело у обочины носком сапога — и вдруг замер.

— Здесь следы, конунг! — крикнул он. — И они ведут в…

Последние слова Сивый так и не услышал. В ушах вдруг зашумело, а виски сжало с такой силой, что даже боль от вирт-синдрома показалась бы легким покалыванием. Бок — тот самый, на котором конунг носил осколки «Светоча» в небольшой кожаной сумке — будто обдали жидким азотом.

— … похоже, какие-то дезертиры, — донесся голос откуда-то издалека. — Они услышали нас и сошли с дороги.

Странный приступ закончился так же внезапно, как начался. Остался только холод, разлившийся по всей правой половине измученного тела. Сивый тронул поводья, и конь неторопливо зашагал вперед. Туда, где в растоптанной грязи на обочине дороги виднелись следы, уходившие в поле.

Не один человек. Десяток… или два десятка.

— Такие сапоги шили только на севере. — Воин поставил свою собственную ногу рядом с отпечатком чужой. — Это кто-то из тех, кто сбежал совсем недавно. Остальные наверняка уже успели отыскать себе новую одежду и спрятаться.

Очередные предатели. В последнее время все больше и больше выходцев с островов покидали войско конунга и прятались на чужой земле… будто кто-то здесь стыл бы им помогать.

— Прикажешь идти за ними? — Хускарл с усталыми глазами подъехал чуть ближе и умоляюще заглянул Сивому в лицо. — Или?..

Отправить людей туда, в этот сырой и холодный кисель? Или самому спешиться и идти, разглядывая следы на траве, чтобы потратить еще полдня на поиски кучки беглецов?

Туман просматривался с дороги от силы шагов на двадцать-тридцать — только до кромки леса. Молчаливого, темного и какого-то жутковатого. Сивому вдруг пришла в голову безумная мысль…

Антон там. Совсем рядом. Перенесся через горы и теперь стоит за деревьями и смотрит. Сюда, на остановившийся на дороге конный отряд. На самого Сивого.

Прямо в глаза.

— Конунг?..

— Да… Нет! — Сивый зажмурился, отгоняя невесть откуда взявшееся наваждение. — У нас есть кто-нибудь… с «Истинным»?

Последние слова он произнес вполголоса — примерно половина из его воинов была ботами — рыцарями из остатков армии покойного Императора.

— Один в оффе. Второй на «Окончательную» попал, вчера еще, — так же тихо отозвался хускарл и, оглядевшись по сторонам, прибавил: — Павел Викторович, а может, ну их на хрен?..

ГЛАВА 33

Отряд остановился. Всадник, скакавший первым, спрыгнул на землю и направился к обочине — как раз в то самое место, где мы сошли с дороги. Ветер донес до моих ушей обрывки фраз, но слов я так и не разобрал — слишком далеко. Не меньше сотни шагов между обочиной и кромкой леса.

Увидел следы? Или… Нет, похоже, всадника заинтересовал труп у дороги — не первый и наверняка не последний из тех, что мы встретили на пути.

— Кто это? — прошептал Рагнар.