– Если убрать бороду и сделать волосы потемнее – то вылитый Андрей, – выдохнула Аксинья. – Надо же, я не обращала на этот портрет внимание, а с годами и вовсе память о нем выветрилась.

– Мой самый убойный аргумент, – помахал фотографиями Мамонов. – Для суда, крючкотворов поганых, они не являются доказательством родства, но Булгаковым я рот заткну.

– С Андреем все нормально, я разговаривала с Иваном Булгаковым, – сказала Аксинья. – На мою просьбу встретиться с сыном, он ответил отказом. Говорит, пока рано. Глава рода категорически запретил какие либо контакты с Андреем.

– Затаились, – хмыкнул князь, потерев в задумчивости гладко выбритый подбородок. – Ну, уж меня то не смогут проигнорировать. Наведаюсь к Олегу, поговорю.

– Сначала поговори с полковником Кольцовым, – посоветовала Аксинья.

– А это кто такой? – удивился Мамонов. – Военный или из спецслужб?

– Начальник отдела «К», который курирует детей сирот, имеющих искру одаренности. Когда они покидают приюты, то к каждому из них прикрепляют офицера. У Андрея, к примеру, тоже есть такой человек. Майор Рудаков, кстати. С ним тоже не мешает встретиться. Вдруг что подскажет.

– Ладно, приму к сведению. А что с Кольцовым? Есть телефон?

– Конечно. Визитка в моей комнате лежит… Так ты сегодня здесь остаешься?

– Если не прогонишь, – белозубо улыбнулся князь. – С твоим отцом и братьями я как нибудь договорюсь.

– Чего ж прогонять то, раз твердо решил остаться, – слабо отмахнулась Аксинья. – А мнение братьев тебя никогда не волновало.

…Мамонов открыл глаза, сонно поморгал и хриплым ото сна голосом спросил:

– Который час?

– Восемь, – кинув взгляд на прикроватную тумбочку, где сыто пощелкивал стрелками будильник. – Пора вставать. Не опоздай на встречу с Кольцовым.

– Да, конечно, – поцеловав супругу, князь упруго поднялся, накинул на себя халат. – Ты бы поспала еще.

– Я рано встаю, не переживай за меня.

– Ну, как хочешь, – Мамонов скрылся в ванной комнате.

Через полчаса он уже стоял на лестнице в темно песочном деловом костюме и прощался с Аксиньей, не обещая скорого возвращения. День предстоял тяжелый, со множеством встреч. Поблескивая на утреннем солнце лакированными боками, подъехал «Хорс». Широкоплечий телохранитель Мамонова выскочил наружу, изобразил легкий поклон княгине и распахнул заднюю дверь машины.

Аксинья помахала рукой мужу и зябко поежилась от легкого ветерка, гулявшего по двору. Но пока «Хорс» не выехал на улицу, она не сдвинулась с места, словно пыталась передать Георгию свои эмоции и тайные надежды. Кто знает, а вдруг ему удастся сдвинуть с места проклятый бюрократический заслон, не дававший вернуть сына в семью?

2

Георгий назначил встречу полковнику Кольцову в гостиничном ресторане «Дюссо», считая его наиболее лучшим местом для серьезных переговоров. Здесь у него был личный кабинет на четыре персоны, отлично защищенный от различных подслушивающих устройств. Да к тому же можно прилично позавтракать.

Ровно в десять утра полковник Кольцов в сопровождении официанта, показавшего ему путь, вошел в кабинет. Князь встал и протянул руку офицеру:

– Рад знакомству, Артем Сергеевич.

– Взаимно, светлый князь.