Мужик, стоявший возле печки, шагнул вперед и мощно зарядил кулаком в челюсть Сидора, отчего тот едва не свалился с лавки. Голова его мотнулась в сторону, чашка улетела на пол и разлетелась на несколько мелких осколков.

– Я не разрешал тебе языком молотить, – глаза пана Богумила полыхнули яростью. – Хочу, чтобы вы знали: ваша жизнь зависит от вас самих. Хоть один сделает глупость, погибнете оба, пусть я очень не хочу твоей смерти, мальчик! Отведите этого… в погреб!

Он кивнул на Сидора. Двое помощников встали по обеим сторонам от инструктора и погнали его в соседнюю комнату. Послышался глухой удар, грохот падающего тела, а потом – надсадный кашель.

– Топай вниз, пся крев! – раздался злой голос.

И через мгновение – сильный стук закрывшегося люка.

Пан Богумил с отстраненной улыбкой вслушивался в эти звуки, а потом спросил, цепко взглянув на меня:

– Скажи, Викентий, а каким Даром ты владеешь? Меня заинтересовало, как элегантно тебе удалось отбить блокировочный конструкт. А еще раньше защитить от боевой магической атаки гостей в императорской ложе… Подобная техника нарабатывается годами, а ты, извини, еще ребенок. В магическом аспекте, конечно.

– Я не знаю, как это у меня получается, – я твердо решил изворачиваться до самого последнего, уже сообразив о недооценке своих способностей паном Богумилом. Он не знает, что я Разрушитель! Воспрянув духом, добавил: – Знаете, уникальность Дара зависит не от его пестования, а от того, как ты им умеешь пользоваться интуитивно.

– Интересная интерпретация, – почесал переносицу поляк. – Лорд Гамильтон будет в восторге…

– Лорд Гамильтон? – насторожился я. – Вы о чем? И кто это такой?

– Пэр Палаты Лордов, очень влиятельный человек в Британии, аристократ в десятом поколении, – пан Богумил перевернул чашку донышком вверх и откинулся на спинку стула. – Ты кушай, Викентий. Моя помощница, оказывается, неплохая стряпуха. Не знал об иных ее талантах.

– Спасибо, патрон, – в голосе девушки, присевшей в торце стола, послышалась ирония. – Я не только лепешки стряпать умею, но и журек могу быстро сготовить, голабки, качку с яблоками[1]….

– Ой, моя милая! – шутливо схватился за сердце пан Богумил. – Остановись, иначе я слюной захлебнусь, м мм! – и тут же снова перешел на деловой тон, обращаясь ко мне: – Поможешь мне уехать из Москвы, я помогу тебе. С твоими способностями ты быстро станешь серьезной фигурой, у тебя будет собственный дом, прислуга, красивые девушки… с возрастом, конечно. То, чего здесь нет, в любом княжестве Европы, в любой стране появится с избытком.

– Заманчиво, – я обмакнул лепешку в остатки сметаны. Есть уже не хотелось, но я упрямо набивал живот, заодно обдумывая слова поляка. Мое преимущество только в одном: пан Богумил интуитивно вцепился в меня, прикидывая шансы, как сможет воспользоваться моей магической направленностью. Поэтому ни в коем случае нельзя раскрываться и при первой же возможности «подставить» своих сопровождающих! Да, это опасно, смертельно для меня и Сидора. Но конечный итог будет в пользу имперских «безопасников». Они смогут ликвидировать диверсионную группу.

– И это все, что ты хотел сказать? – удивился пан Богумил. – Хотя бы поинтересовался, какие условия, вознаграждение…

– А зачем? – я пожал плечами и покосился на девушку. Та поджала тонкие губы и в упор глядела на меня. Без улыбки и с большой осторожностью. – Разговаривать надо с тем, кто выше вас, дяденька. Вот когда встречусь с этим… пэром Гамильтоном, то и буду обсуждать условия.

– Каков нахал, – буркнула дорожная соблазнительница. – Ты сначала докажи свою полезность.