– А ты думаешь, я брошу тебя здесь, в доме Роло?

– Не знаю, – ответила Фиона. – Я не умею читать твои мысля.

– Не волнуйся, Фиона. Я держу твою судьбу в своих руках.

От этих слов Фионе стало не по себе.

«Нечего сказать – успокоил», – подумала она.

Фиона настороженно наблюдала, как Торн подошел к Роло. Они о чем то заговорили и говорили долго. Фиона была уверена – о ней.

Ее пугала мысль, что она останется одна в этом доме, рядом с ненавидящей ее Бреттой, рядом с Роло, считающим ее колдуньей. Фионе до боли захотелось домой, на Мэн, к отцу, к родным, знакомым и любимым лицам. И как же ей недоставало сейчас Бренна!

Попрощаться наедине Фионе и Торну не удалось. Настала ночь, и они улеглись в общем зале среди храпящих людей, разместившихся повсюду – на лавках, на полу возле угасающего очага…

Во время ужина Торн выглядел мрачным, и даже Бретта не решилась в очередной раз пристать к нему со своим обычным вопросом о ребенке Фионы.

Сам же Роло громко произнес, обращаясь к Торну:

– Я не собираюсь ничего делать ни с Фионой, ни с ее ребенком. Мне нет никакого дела ни до ведьмы, ни до ее ублюдка.

Торн крепко сжал челюсти, и Фиона ощутила растущее в нем раздражение. Она раскрыла было рот, собираясь отпустить язвительное замечание, но Торн заговорил сам.

– Помолчи, Фиона„ – сказал он. – Твои объяснения я уже слышал. Я склонен верить тебе, хотя… Гром и молния, где здесь правда и где ложь? Ты говоришь одно, Роло и Бретта утверждают обратное…

– Еще раз повторяю: Роло никогда не спал со мной, – твердо сказала Фиона. – Это так же верно, как то, что я никогда еще не встречала такого упрямца, как ты. Может быть, мы все таки не созданы с тобой друг для друга.

– Может быть, – вяло откликнулся Торн.

Он знал, что никогда не отпустит Фиону. Он будет жить под ее чарами до самой смерти. Но не показывать же ей свою слабость!

Фиона поднялась из за стола и отправилась искать Тиру, чувствуя затылком направленный на нее ненавидящий взгляд Бретты. Тира. Теперь это единственный друг, оставшийся во вражеском стане. Фиона всем телом, всей душой чувствовала, как густеет, окружая ее, смертельная опасность.

Среди ночи Фиона проснулась от ужасного крика, долетевшего из спальни Роло. Торн тоже услышал крик, и тоже проснулся, и по привычке первым делом потянулся к лежащему рядом с ним оружию.

– Что это? – негромко спросил он, моргая спросонья глазами.

– Рика, – коротко ответила Фиона. – Роло просто зверь. Я уверена, что он нарочно мучает девочку. Неужели с этим ничего нельзя поделать?

– Это нас не касается. Рика – жена Роло.

– Тогда я сама сделаю все, что нужно, – тяжело дыша, пробормотала Фиона.

– Что ты сказала?

– Ничего. Объясни лучше, почему Рика не объявит о разрыве с Роло? Ведь это так просто по законам вашей страны.

Торн пожал плечами.

– Не знаю. Да и не наше это дело. Мы здесь в гостях, не забывай. Иди лучше ко мне. – Он протянул к Фионе руку. – Ночь еще вся впереди. Дай мне обнять тебя на прощание.

Фиона хотела вернуться, но передумала. Кто знает, вдруг эта ночь последняя перед долгой, очень долгой разлукой. Фиона прижалась к Торну под меховой шкурой. Он обнял свою жену, и Фиона вскоре задремала, но шепот Торна не дал ей уснуть.

– Твоя грудь стала больше. – Рука Торна ласково погладила упругие полушария Фионы и скользнула ниже, на живот. – А здесь все как прежде.

Фиона замерла, когда ладонь Торна скользнула ниже и оказалась у нее между ног.

– Хочешь меня, Фиона? Не забудешь меня? Не побежишь к Роло, когда я уеду?

Фиона задохнулась от обиды.