Фиона почувствовала тот момент, когда Торн получил рану. Острая боль пронзила ее спину, и Фиона упала на колени, а затем повалилась на пол, отчаянно крича и раскинув руки в стороны.

Тира, увидев это, испугалась и кинулась к ней. – Фиона, что случилось? Ты заболела?

Она наклонилась, чтобы помочь Фионе подняться на ноги.

Фиона с силой оттолкнула протянутые руки Тиры. Нестерпимая боль продолжала терзать ее.

– Торн, – сказала Фиона. – Что то случалось с Торном. О боже, он мертв!

Она села на полу, прислушалась к своим ощущениям.

– Нет, – сказала она немного погодя. – Еще не мертв. Но близок, очень близок к смерти.

– Как ты можешь это знать? – сказала Тяра. – Сиди. Я принесу тебе эля. Ты такая бледная – смотреть страшно.

Фиона с помощью Тиры поднялась на ноги и перебралась на скамейку. Тира сбегала за элем.

– Ну, что ты видела на этот раз, ведьма? – спросила появившаяся в зале Бретта.

– Раненые. Много раненых, – ответила Фиона, не обращая внимания на выпад Бретты.

Она достала из под скамьи ларец с лекарствами, который везде таскала с собой. Вот и пригодился. Порылась в нем и удовлетворенно вздохнула.

– Торну надо приготовить комнату. Других раненых можно будет разместить в зале. Я займусь ими.

– Гром и молния! О чем ты толкуешь? – недовольно спросила Бретта. – Если будет нужна помощь, о раненых позаботится старая Матильда, наша знахарка. Тебе вовсе не нужно заниматься этим.

– Торна я буду лечить сама, – упрямо возразила Фиона.

Бретта нахмурила брови:

– А откуда ты вообще взяла, что Торн ранен? Фиона пожала плечами и устало прикрыла глаза.

– Знаю, – просто ответила она. Бретта испуганно отшатнулась.

Похоже, эта проклятая ведьма и впрямь может видеть то, чего не видят другие!

Бретта повернулась и бегом бросилась прочь.

Раненых привезли в дом на следующее утро. Фиона, сдерживая страх, поспешила навстречу. Одного взгляда ей было достаточно, чтобы понять: нельзя терять ни минуты.

– Несите Торна в его комнату, – сказала она, обращаясь к воинам, которые несли носилки. – Только осторожнее.

– Ты ему уже ничем не поможешь, – сухо бросил Торольф. – Торн ни разу не шевельнулся за все время, что мы были в пути.

– Но как это могло случиться? – набросилась на него Фиона. – Ведь Торн – блестящий боец. Почему его ударили в спину?

– Вес люди смертны, – уклончиво ответил Торольф. – Торн встретил свою смерть так, как и подобает настоящему викингу – с мечом в руке. Он не мог бы желать для себя лучшей кончины.

Фиона резко вздернула голову и окинула Торольфа яростным взглядом.

– Не смей говорить о Торне так, словно он уже умер. Я не позволю ему умереть, слышишь?

Фиона повернулась и поспешила в комнату, отведенную для Торна.

Торн не издал ни звука, пока его перекладывали с носилок на постель вниз лицом. Фиона достала нож и разрезала пропитанную кровью одежду. Пришла Тира и принесла кувшин с горячей водой. Фиона порылась в сундучке, достала нужную траву и опустила в кипяток. Отвар настоялся. Фиона взяла чистую тряпицу и принялась осторожно обрабатывать рану.

– Ты не должен умереть, викинг, – шептала она на ухо Торну, смывая с его раны грязь и засохшую кровь.

Когда из глубокого разреза сквозь рассеченные мышцы проглянула желтоватая кость, Фиона невольно содрогнулась.

Закончив обрабатывать рану, она туго перевязала ее чистым куском ткани.

Проделав все это, принялась готовить новый отвар. В ход пошла смесь трав для настоя, снимающего лихорадку. Сейчас она напоит им Торна и будет ждать. Если бог будет милостив, через пару дней она смажет края раны заживляющей мазью, и тогда начнется выздоровление.