|
Они сидели за столом, попивая вино, и я тут же выложил им все. "Мария, - сказал я, - один бедняк хочет сдержать свое слово, данное им, когда он воображал себя богачом. Согласны ли вы принять его теперь?" Тут я почувствовал, что мне не нужно лезть за словом в карман, я совсем не запинался, как сейчас, и говорил довольно долго, а кончил тем, что пообещал всеми силами постараться выполнить свой долг по отношению к ней. Когда я умолк, она, вся исполненная доброты, подошла ко мне, взяла мою руку и при всех поцеловала ее. "Мой бесценный Гарри, вы лучший из людей, - сказала она (это были ее подлинные слова, иначе я бы нипочем не стал так расхваливать себя). - У вас благородное сердце, и я от всей души вас благодарю. Но я уже давно поняла, дорогой мой, что вами руководит чувство долга и только оно заставляет вас выполнить необдуманное обещание, данное молодым человеком пожилой женщине. Позволить вам сдержать его - значило бы сделать вас несчастным. Я до глубины души благодарна вам за вашу верность и преданность, мой дорогой кузен, но освобождаю вас от вашего слова и даю вам свое благословение, а моя любовь пребудет с вами вечно". И, приблизившись ко мне, она поцеловала меня у всех на глазах и горделиво, не проронив ни единой слезы, покинула комнату. Все плакали, особенно обливался слезами милорд - он прямо рыдал навзрыд. Никогда бы не подумал, что он такой чувствительный. А она-то, Джордж? Ну скажи, не благородное ли это создание? - Так выпьем же за ее здоровье! - воскликнул Джордж, наполняя бокал. - Гип, гип, ура! - подхватил Гарри. Он был вне себя от радости, что обрел свободу. ^TГлава LVII,^U в которой положение мистера Гарри по-прежнему остается плачевным Госпоже де Бернштейн результат последнего свидания Гарри с леди Марией доставил не меньше удовольствия, чей ее виргинским племянникам. Джордж в тот же вечер известил ее о случившемся запиской, а вскоре и ее племянник Каслвуд, не слишком часто обременявший тетушку своими визитами, пожаловал к ней, дабы засвидетельствовать свое почтение, и без обиняков доложил о том, что произошло, ибо милорд Каслвуд умел, как никто, быть, когда нужно, откровенным, а после того как помолвка Гарри и леди Марии была расторгнута, скрытничать и лицемерить не имело уже никакого смысла. Ставка была сделана, карта бита, и теперь милорд мог без стеснения говорить о своих стратагемах, маневрах, уловках. - Она как-никак мне сестра, - с чувством произнес милорд, - а много ли еще будет у нее возможностей, - во всяком случае, таких возможностей, - выйти замуж и устроить свою судьбу? По многим причинам я не мог, конечно, полностью одобрить этот брак и даже испытывал известное сочувствие к этому виргинскому юнцу - любимчику вашей милости, но тем не менее упустить такой случай было бы неразумно, и я должен был соблюдать интересы родной сестры. - Ваша откровенность делает вам честь, ваше сиятельство, - сказала госпожа де Бернштейн, - а ваша любовь к сестре поистине должна служить примером! - Куда там, мы же проиграли, - и я говорю это sans rancune {Без всякой злобы (франц. |
